Горькая правда

- Рассказывай, - попросила Лия.

- Что?

Лия закатила глаза.

- Зачем?

- Затем, - ответил в том же тоне, дожевывая свой бутерброд.

- Дурак, - сказала она шепотом, покачав головой.

- Ага, - легко соглашаюсь я, а Лия закатывает глаза в очередной раз, - мне кажется, ты и так знаешь всё.

- Хочу услышать твою версию, - отвечает она.

- А версия ведьмы была какой?

- Ведьмы? – переспрашивает Лия.

- Юли.

- Расскажу после тебя.

- Даже так, - отпиваю кофе, прикидывая, что ей поведать.

- Перестань паясничать, - вздыхает Лия.

- Ладно, - соглашаюсь я, - вот моя версия: я хотел ей отомстить за то, что она сделала семь лет назад. Отомстил. Всё.

- Отомстить?

- Ага, - опять соглашаюсь я.

- А что она тебе такого сделала? Это ведь ты удерживал ее против воли тогда! Зачем ты вообще это сделал? Никак я не могу понять. Прокручиваю и прокручиваю ее слова в голове, честно, пытаюсь тебя оправдать хоть как-то! Но не получается у меня."

"- Значит, всё-таки и прошлое наше занимательное рассказала, - хмыкаю я, - ну ладно, слушай, - сдаюсь я, - у меня был друг, который организовал это мероприятие.

Я заплатил деньги, кстати, не маленькие, за интимные ролевые игры. Мне пришла (вернее моему другу, но это не важно) смс, в которой было указано место встречи, кодовая фраза и ответ на нее, то есть пароль. Собственно, так я встретился с Юлей. Я ей кодовую фразу - она мне пароль в ответ. Я честно выполнил все указания, пожелания, но она предпочитала «играть», не выполняя главное условие игры. Она должна была попросить меня трахнуть ее. Секс. Всего лишь секс, за который я заплатил. Тем более, что она отзывалась на все мои ласки… Но она молчала. Когда я понял, что не могу больше себя сдерживать, отпустил ее. Понял я, почему она молчала после. А сначала всё было обоюдно. Но эта су... Юля накатала на меня заявление. Когда меня нашли и задержали, я даже не понял за что. Я дал показания, и меня отпустили под подписку о невыезде. Я думал, что на этом всё и закончится, но нет. До сих пор помню отца, который зашел ко мне с каменным лицом: «Дела плохи, сынок. Ей всего лишь семнадцать, а значит, несовершеннолетняя не могла участвовать ни в каких играх». А значит, она заранее все продумала, рассчитывая на хорошую денежную компенсацию! Начался ад. Я хотел найти ее и убить. Мама постоянно плакала, а папу забрали в больницу с подозрением на инфаркт, но тогда все обошлось... Родители наняли лучшего адвоката, который сразу сказал, что нельзя допустить ход делу, надо договариваться.