Горькая правда

Не даю Юле возможности опомниться, целую ее, даря всю любовь, накопившуюся во мне за время ожидания. Ласкаю языком, провожу по ее пухлым губам кончиком, затем вновь врываюсь, изучая каждый уголок ее сахарного рта. Юля не отвечает мне, застыла, но и не отстраняется от меня.

- Надеюсь, тебе хватило трех месяцев, чтобы понять, что тебе не нужна свобода, - говорю я шепотом, выдыхая слова в ее губы, прислонившись лбом к ее лбу.

Юля сглатывает, наверное, непролитые слезы, отвечает дрожащим голосом так тихо, что я еле слышу ее, хотя сижу очень близко.

- Ты даже не позвонил мне ни разу, - выдавливает она из себя.

- Я дал тебе время, как ты и просила.

- Зачем же тогда приехал, если отпустил? – всё так же тихо спрашивает она.

- Я не отпускал. Я дал тебе время.- Что же изменилось теперь? - говорит смелее моя Синичка.

- Просто больше не смог находиться вдали от тебя, - честно отвечаю я.

- Я просила меня отпустить, а не игнорировать, - обиженно говорит Юля.

- Я думаю, мне многое нужно тебе рассказать, но обо всем по порядку, - встаю я с лавочки, потянув ее за собой, - пойдем?

- Куда?

- В отель.

Замечаю, как от моих слов вспыхивают радостью глаза Юли, но она тут же берет себя в руки. Я беру Юлю за руку, продолжая тянуть к выходу из парка.

- Нет, я не пойду, - говорит спокойно, - может у меня уже парень есть, - продолжает меня выводить Юля, проговаривая каждое слово интонацией, наполненной сарказмом и горечью.

Внутри меня начинает грохотать ревность, хоть и понимаю, что она специально провоцирует меня. Я разворачиваю Юлю к себе резче, чем стоило бы, припечатывая ее в свою грудь, упираюсь твердым членом в нее.

- Я тебя никому не отдам. НИКОМУ! – рычу я, - если парень и есть, то с этой секунды его нет!

Не смог я сдержаться! Но я так соскучился, что сводит не только скулы…

Минуту мы смотрим глаза в глаза, я читаю в ее глазах обиду, боль и, мне кажется, любовь.

- Стас… - меняет свой тон Юля на ласковый, - не отдавай, - говорит шепотом, еле шевеля губами.