Горькая правда

Но, Стас мне так и не ответил ни в этот день, ни на следующий. Лишь на третий день от него пришел короткий ответ: «Я рад».

Это единственная переписка за все три месяца. Однажды по нашему проекту нужно было решить срочные вопросы с поставщиком, я, собравшись с духом, позвонила ему сама. Стас разговаривал вежливо, учтиво, не переходя границу отношений «начальник-подчиненная», лишь в конце разговора спросил: «как ты?». Так же односложно ответила и я, не успех задать ему такой же вопрос, Стас сказал опять, что рад и попрощался.

"

"Моя жизнь закрутилась с такой скоростью, что не было времени даже расстраиваться и страдать по этому поводу. Лишь вечерами перед сном я вспоминала его, заставляя себя отпустить его. Но не могла. Пока не могла. Уговаривая себя, что время лечит, а я все сделала правильно. Но Стас упорно продолжал проникать в мое сознание даже ночью, являясь ко мне в ярких снах, иногда настолько реалистичных, что проснувшись, я не понимала несколько секунд, почему его нет рядом.

Здесь со мной знакомились мужчины каждый день, если в России я была просто красивой девчонкой, не обделенной вниманием, то здесь я была просто богиней, за которой толпами ходят мужики всех возрастов.

Меня это бесило и раздражало. Комплименты говорились так часто, что моя натянутая улыбка не сходила с моего лица. Мне не было дело до них всех. В кампусе меня прозвали «ice queen», то есть «снежная королева» за мою холодность к мужчинам, хоть я и пыталась быть приветливой со всеми.

Порой же предложения заняться сексом были настолько прямолинейными, что я терялась, чем вызывала смех особенно у девочек-американок, которые объясняли, что я просто понравилась и это нормально предложить сразу сесть в машину, поехать в ресторан или сразу в номер в гостинице.

Однажды я уже села в машину к незнакомцу, что привело к печальным последствиями для меня, поэтому таким предложениям я пугалась особенно.

Забыл ли меня Стас так быстро? Я уехала, и наваждение ушло? Разлюбил? А любил ли? Я хотела бы задать ему эти вопросы и еще тысячу, но трусила… Лию спросить, я тоже долго не решалась.

Потому что в тот день, когда я улетала, поднялась температура у Ани, после четырех дней высокой температуры, ее и Лию госпитализировали с диагнозом у Ани «двухстороннее воспаление легких». В больнице девочки провели почти три недели. Я переживала за них, не смея тревожить своими чувствами. Лишь через месяц я набралась с духом.

- Как там Стас? – спросила я у Лии, замерев, после уже продолжительного разговора.