Годовой абонемент на тот свет

У Андрея есть дочь Наташа, у Евгения сын Герман. И у них вспыхнул роман.

Леонид насыпал в чашку сахар.

– Елы-палы! У детей случилась любовь-морковь! Представляю восторг родителей! И в особенности бабушки, которая сама состояла в браке с двоюродным братом.

Я смахнула со скатерти крошки.

– Они не обрадовались. Наташа и Гера в детстве дружили, часто проводили время вместе. Евгений, богатый человек, построил в Колтыкове огромный дом, прямо усадьбу. Его брат Андрей менее удачлив и не имеет больших финансовых возможностей, он работает шофером у какого-то бизнесмена.

Евгений же – известный живописец, картины его охотно покупают в России, но еще лучше они продаются за рубежом. Кое-кто может возгордиться из-за славы, денег, успеха. Но с Женей этого не случилось. Он содержит всю семью, брату и сестре построил дома около своего особняка, оплачивает счета, отправил детей Андрея и Анны вместе со своим Германом в платную гимназию. И все шло хорошо, пока Наташа и Гера не поняли, что жить друг без друга не могут.

Старшие Радовы не сообщали младшим о семейном недуге.

Когда на свет появился Герман, его отец Евгений сказал родственникам, включая мать Екатерину:

– Не стоит нам пугать малышей, которыми пополнится семья. Исполнится им восемнадцать лет, вот тогда сообщим правду.

– А я бы и вовсе ее не говорила, – возразила Анна. – Зачем? Болезнь не лечится. Молодежь испугается. При каждом неприятном ощущении в теле – ногу подвернут, например, – они будут думать: «Вот она! Пришла ко мне».

Анну поддержал Андрей:

– Согласен с Анютой.

Если постоянно думать, что вот-вот недуг стартует, он точно к тебе привалит.

– Болячка есть не у каждого, – вставила свое слово Екатерина, – Анна и Андрюша здоровы. А у Жени легкая форма. Она ему не мешает жить и за бабами гонять.

Андрей и Аня рассмеялись. На семейном совете не присутствовали жены братьев. Поэтому родня могла позубоскалить. Евгений никак не мог считаться верным супругом, он часто изменял своей жене Вале, но скрывал от нее походы налево.

Радовы приняли решение не пугать молодежь и ни словом не обмолвились младшему поколению о семейной болезни.

Жизнь потекла дальше. А потом пришла беда, подкралась с той стороны, откуда не ждали. Однажды вечером у Евгения заболела голова. Стояло лето, даже в позднее время было тепло, художник решил прогуляться по лесу, дошел до старой, никому не принадлежавшей сторожки в лесу, и тут хлынул ливень. Евгений распахнул дверь, вошел в домик и увидел старую кровать, а на ней Германа и Наташу.