Герцог. Книга 3. Враг Равновесия

— Даже если допустить, что я и все остальные были бы согласны докатиться до глумления над трупами ваших товарищей, что было бы дальше? Если учесть, что большинство наших штурмовиков из расы урук-хай, то как бы они отнеслись к этому?

— Плохо, — признал Уэнсрэй, невольно пощупав скулу, куда до этого пришелся кулак командира одной из штурмовых групп орков, которому почему-то категорически не понравилась подобная идея. — Им религия запрещает, Отец-небо не примет такого в свои объятья, а Мать-земля отвергнет его тело…

— Естественно, — скривился Морелли.

— Да… — тихо пробубнил лейтенант.

— Не слышу! — рявкнул коммандер.

— Так точно! Разрешите идти?

— Свободны."

"Оставшись один, коммандер плюхнулся за стол и достал из заначки одну из немногих оставшихся сигарет.

Только вот это совсем не значит, что их надо материализовывать. Конечно, можно подтереться моралью и этикой, мотивируя это тем, что идет война и все средства хороши, но что-то святое оставаться должно.

Я очнулся, сидя на палубе и сразу оказался под прицелом двух пар глаз, с тревогой смотревших на меня.

— Что вы на меня так смотрите? — спросил я у Нкечи и Арисы. — Я что-то не то творил?

— Учитывая твой двухминутный ступор — ничего. Ты отключился на пару минут, замер, а посох тем временем отталкивал всех, кто пытался тебе помочь, — покачала головой Нкечи.

— Солнышко головку напекло, наверное, — предположила Ариса. — Водичкой его побрызгать… Святой…

После ролика, показанного мне посохом, хотелось не только святой воды. А флакон вискаря минимум.

Дальнейшее развитие событий пояснений не требовало. Уэнсрэй не уничтожил результаты своей работы. Вот она, сейчас надета на навершие моего посоха. Главная реликвия некромантов, Черное сердце — и оно же техномагическое устройство для внедрения психоматриц.