Где наше не пропадало

Решили мы с матушкой, что я продам один из камней, добытых отцом в подарок матери и закуплю продуктов. Дошел до города, нашел ювелира и продал ему камень. Конечно, рассчитывал на большее, но он подсчитал, что я украл его и выплатил всего пять серебряных. Даже эти деньги были для нас роскошью, и я направился в лавки закупить продуктов. По дороге на меня накинулись эти мальчишки, вероятно, проследили от лавки ювелира и отобрали деньги, а за то, что я сопротивлялся-избили.

Все молчали, сказать было нечего. Проявление бессмысленной жестокости со стороны беспризорников — это одна из сторон внешнего мира.

Лишение, голод, побои стирали из памяти еще не повзрослевшего организма все понятия человечности.

Онис поднялся со своего места и подойдя к Велому, приобнял его, показывая тем самым, что тот в беде не один. Вот как не вспомнить поговорку «Устами ребёнка глаголет истина». Он не стал ничего говорить, а просто поддержал.

-Мда, -только смог сказать Малвин, - а скажи Велом, остальные как выходят из такой ситуации?"

"-Кто как! Старейшина нашего клана договорился с работорговцами, и они взяли у нас на время несколько пещер для добычи камней.

За это привозят нам продукты и ткани. Но мы не имеем своей доли, так как я еще работать не могу, по закону положено только с 21 года спускаться на заработки в шахты. Продукты выделяются только тем, кто работает на клан и приносит доход.

-Это что же получается, если ты не достиг совершеннолетнего возраста можешь подыхать, -Нарон от избытка чувств даже побелел.

-Сын, некрасиво так говорить! -пыталась приструнить своего ребёнка Эля.

-Но мам, я же правду говорю, -еще сильнее закипая продолжил Нарон, у них куда не плюнь везде драгоценные камни валяются, а они должны с голоду пухнуть?!

-Нарон, успокойся, мы не гномы и не можем поменять их законы и устои, -спокойно ответил на высказывания Малвин и строго посмотрел на него. Отчего тот стушевался и опустил голову. -Надо подумать, как помочь им пережить эти времена.

Велом все это время молча наблюдал за всеми окружающими его людьми.

Для него было странно смотреть на то, что кто-то проявил участие к его с матерью жизни, но чувство осторожности упорно не хотело верить, что это можно делать бескорыстно.

ГЛАВА 22

Велом два дина гостил у Малвина, приходя в себя после избиения. Чувствовал он себя хорошо, только слабость и небольшое головокружение беспокоили его еще неокрепший организм. Он всегда молчал, не пытался с кем-то поговорить или задать интересующий его вопрос.