Флирт в Севильи

Хотя мама у Ингрид страшно ревнивая особа, стережет своего муженька, который любит заглядывать к ней на фирму, — повторила Лилия, продолжая давить грудью ему на руку.

Он улыбнулся. Молодая женщина, кажется, была без комплексов.

— Тем более что мать Ингрид ваш руководитель? — напомнил Дронго.

— Да, — нахмурилась Лилия. Она отодвинулась от Дронго и внимательно посмотрела на него. — Откуда вы об этом знаете?

— Я прочел об этом в вашем личном деле. — Дронго почувствовал, как она напряглась и еще больше отстранилась.

— Вы читали мое личное дело? — переспросила она с некоторым сомнением.

 — Значит, вы изучали наши досье?

— А вы думаете, что на вас заведено специальное досье? — усмехнулся Дронго.

— Нет, — пожала она плечами, но интерес к разговору явно потеряла и уставилась в окно.

«Любопытно, — подумал Дронго, — почему она так нервничает? Ведь в ее личном деле не было ничего порочащего. Кажется, там указывалось, что она разведена и бывший муж уехал на Украину, что у нее есть дочь. И некоторые детали, касающиеся ее работы.

Там больше ничего не было. Нужно уточнить у Зитманиса, почему она может нервничать. И почему упоминание о месте работы так ее смутило. Или она думала, что подобное обстоятельство можно скрыть.

Кажется, Ингрид получила письмо с угрозой сразу после совещания у Зитманиса. Если Лилия Омельченко недовольна своей работой в агентстве «Фауна», то она вполне могла написать письмо с угрозами в адрес Ингрид, чтобы помешать ей поехать в Испанию. Но тогда, кто напал на Ингебору? И почему так смутилась общительная Лилия, когда речь зашла о ее автобиографии?»"

"Он посмотрел вперед.

Круминьш дремал на своем месте, прислонившись к стеклу. Доколина с любопытством смотрела в окно. Ингрид в темных очках смотрела прямо перед собой. Сидевший рядом Балодис все время поглядывал на часы, словно пытаясь точно определить время, проведенное в пути.

— Мы приехали, — объявил он через несколько минут, показывая на одно из зданий выставочного центра, где должны были проходить съемки.

Первым вышел сам Балодис, который любезно помог девушкам выйти.

К ним подошли Рута Юльевна и Гарсиа. Дронго подумал, что сегодня будет достаточно жарко. Эуген Меднис доставал свою аппаратуру.

В этот момент Дронго почувствовал, как кто-то дотронулся до его плеча. Он обернулся. Перед ним стояла Ингрид.

— Вы будете нас охранять? — спросила она с легким латышским акцентом.

— Да, — кивнул Дронго, глядя в ее глаза. Рядом с такой женщиной приятно было чувствовать себя защитником.