Фантом памяти

И вообще, на черном фоне меньше заметно, если я плохо выгляжу, лицо серое, глаза ввалились.

- Вы всегда выглядите прекрасно! - я поспешил с комплиментом, в глубине души удивляясь Анне: такая необыкновенная, такая ни на кого не похожая, странная, загадочная, а на поверку оказалась обычной бабой с обычными бабскими штучками и стремлением всегда казаться красавицей. Подумать только, как я обманывался!

- Вы идете к Марии?

Вопрос прозвучал дежурно, никакого скрытого смысла я в нем не услышал, собрался было ответить утвердительно, но неожиданно солгал:

- Да нет, я просто гулял, увидел, как вы тащите буфет, зашел помочь.

А хотите, я помогу вам красить?

Это еще что за новости? Предложение помочь вылетело из меня помимо моей воли, и я теперь не знал, что с ним делать. На это утро у меня были совершенно другие планы, и бытовая живопись в них никак не входила. Анна испытующе посмотрела на меня."

"- А вы умеете? Я думала, композиторы умеют только на музыкальных инструментах играть.

Честно говоря, малярными работами я сроду не занимался, но ведь это не должно быть бог весть как сложно. Чем там они орудуют, кистью, валиком или еще чем?

- Но вы же меня научите, - самонадеянно заявил я. - В конце концов, вы можете поручить мне работу попроще. В любом случае, лишние руки вам не помешают.

Ого! Я уже уговариваю ее принять мою помощь, как будто для меня это вопрос жизни и смерти. И как это ей удается, произнося минимум слов, заставлять мужчин делать то, что ей надо, да еще так, что они, наивные идиоты, за счастье почитают и сами напрашиваются.

- Хорошо, - Анна коротко кивнула, - я дам вам валик, и вы будете красить стену на веранде. А я займусь буфетом.

Мы приступили. Не могу сказать, что получалось у меня ловко, к тому же запах у краски оказался и впрямь далеко не цветочный. Я водил рукояткой с насаженным на нее валиком вверх и вниз и проклинал себя за неизвестно откуда взявшуюся отзывчивость, которая мне же во вред и обернулась.

И сдалась мне эта Анна! Пусть другие мужики вокруг нее табунами вьются, а меня увольте. Почему я, известный композитор, не очень здоровый человек, недавно перенесший сильнейший гипертонический криз, торчу здесь, изображая из себя маляра, вместо того, чтобы предаваться приятной беседе с оригинально мыслящей старушкой, попутно попивая кофеек с вкусным, только что извлеченным из духовки печеньем? Вопрос был простым, а ответа на него не было.