Фальшивый друг, настоящий враг

Это высказывание позволило мне сделать вывод, что недоброжелатель Давида – все тот же тип: поздний гость, оставивший неприятный и весьма заметный след на его лице. Промямлив еще несколько фраз, мой незадачливый воздыхатель нажал на отбой и куда-то спешно направился. Я отложила наушники и перевела спокойный взгляд на застывшую возле меня Анжелу, вся поза и выражение лица которой указывали на немедленное требование объяснений.

– Что происходит? – не стала она отвлекаться на вступления.

– Я прорабатываю версии, – пожала я плечами.

– Какие?! – Голос моей клиентки дрожал от напряжения, и я поняла, что на этот раз отшутиться мне не удастся.

– Разные, – туманно ответила я, но испытывать терпение Лютаевой не стоило, поэтому я сразу продолжила: – Анжела, извини: я, наверное, по твоему мнению, веду себя странно…

– Да уж! – обиженно фыркнула она. – Даже неприлично! Все же это ведь я тебя наняла, в целях собственной безопасности, а получаю только новые загадки, – более миролюбивым тоном пояснила она.

– Понимаю, к чему ты клонишь. – Я и не думала сердиться и принимать вид оскорбленной добродетели. – Пойми, любые мои действия, естественно, когда я на работе, подчинены одной-единственной цели…

– Интересно, какой?! – опять перебила меня Лютаева.

– Сохранение жизни моего клиента, – спокойно договорила я.

– Подумать только! Роман на глазах у клиента ты завела во имя этой великой идеи?! – недоверчиво уточнила Анжела.

– Твое возмущение вполне справедливо, – заметила я. – Давид – один из главных подозреваемых, а мне необходимо было подступиться к нему чуточку поближе, чтобы…

– Чтобы совместить приятное с полезным! – с проницательным выражением лица победоносно провозгласила Анжела.

– Не хотелось бы тебя расстраивать, но – нет, – опять не поддалась я на провокацию. Нервы Анжелы были на пределе, ее желание выплеснуть негативную энергию я могла понять и даже не думала сердиться.

– А что тогда?! – вдруг вскричала Анжела. – На меня тут покушаются каждый день, а моя телохранительница крутит шашни в рабочее время, причем с главным подозреваемым, – гнусаво протянула она, готовясь расплакаться, как вдруг осеклась, спохватившись: – С главным… кем?! Это что же, ты Давида подозреваешь?! Но ведь он мне как брат! – Она округлила глаза.

– Пока что рано делать выводы. Мне необходимо многое проверить, а для этого следовало усыпить бдительность Давида.