Евротрэш. Соблазнение богатых для бедных

Появился хороший повод укрепиться в лидерстве над девочками. Если я сортирую, кто с кем спит, значит, я тут всем рулю.

Подошла к Яше:

– Все, дорогой, спать. С кем ты хочешь остаться сегодня?

– Я хочу остаться со всеми. И с тобой в том числе.

– Всех сегодня не получится, девочки устали. Давай завтра днем. Как тебе эта, в рыжем платье?

– Кто?

– Обернись.

Прямо за ним на диване сидела апельсинка, с которой он полчаса танцевал.

– А, эта? Нет, не хочу.

– Тогда бери «монашек». – Я кивнула на двух стоящих сбоку от него брюнеток.

Он кивнул. Подхожу к «монашкам»:

– Девочки, сегодня вы идете с Яшей вдвоем.

– Это будет расценено как продолжение?

– Конечно.

– А он сможет обеих?

– Если надо, он вас всех здесь выебет.

– Ха-ха-ха! Ну, ок.

Примерно так же я отправила Оливио с рыжей и Пьера с губастой. Помахала Алене. И мы с Ви потопали домой пешком. Мне хотелось уйти как можно быстрее, ехать с ними я не хотела."

"Мы поднялись на гору к нашему отелю и увидели, как уровнем ниже затормозило два такси.

Обратная связь от Алекса

Мы поднялись на второй этаж и постучали в номер к Алексу.

– Ну что? Как прошло? – спросил он еще на пороге. Потом отодвинулся в сторону, позволяя нам войти.

– Все нормально. Все в порядке. Просто ушли. А зачем ты нас так экстренно домой отправил?

– Со стороны все выглядело так, как будто мужики вас обхаживали по своей программе и теперь увезут домой. Нельзя было идти на их условия. Секс с вами либо сразу, пока они еще не успели его «заслужить», либо после каких-либо условий, нарушающих их привычные рамки. Все остальное – жертвенная позиция, что сразу же убьет уважение к вам.

Если вы, Охотницы, имеете мужиков – то сами же хвастаетесь Руслану об этом. Ты первая должна ему рассказать: «Малыш, пока ты спокойно спал ночью, я имела всех твоих друзей. Трахала Оливио на снегу, трахала его на столе».

Мужчины идут на секс по твоей инициативе, в том месте, где ты хочешь, и так, как ты скажешь. После этого ни один мужик не посмеет сказать, что он тебя поимел, потому что поимели его. Воспользовались его телом и ушли.