Это (не) ваша дочь, господин маг

Мы ещё много чего обсуждали, пока я не ощутил усталость, но после того как Грант ушёл, я ещё долго думал о той информации, которую получил, и уснул только через пару часов. Завтра нужно послать за Эстосом, его отпуск подходит к концу, пусть собирает нужную информацию, чтобы, когда я вернулся, всё было у меня на столе.

Просыпаюсь ближе к вечеру и вздыхаю, грустно смотря в белый потолок. Почему меня нельзя выписать завтра? Ведь я чувствую себя почти здоровым.

К положенному часу приходит лекарь, делая запланированные процедуры.

Он упорно вознамерился держать меня в лечебнице.

— Советую господин Кан, пока воздержаться от работы, иначе буду вынужден ограничить вас в посещении ваших коллег, — смотрит он на папку на моем столе, привезённую магом.

Сказав это, уходит, даже не став слушать моего мнения."

"— Вот же… — откидываюсь на подушку и прикрываю веки, смиряясь с тем, что мне не выйти раньше.

Я размышляю до ночи, хотя после всевозможных уколов страшно клонит в сон. Мысли о Тарсоне и этом Норане Консе плавно перетекают в мысли об Адалин, и думать о ней чертовски приятно.

Я безумно жажду нашей встречи, настолько, что начинаю размышлять, чем она занимается сейчас, чем занималась днём и что будет делать завтра. Грант сказал, что позаботился о её безопасности, приставив к ней своих агентов и Сента Гвиора, моего агента, чтобы охранять тщательно. Хочу написать ей записку, но отсюда они запрещены.

Она, видимо, сильно напугалась, как и Кери. Одна мысль о том, что сейчас они в моём доме, позволяет полнее вдохнуть грудью, ощущая, как к телу приливают силы.

Я ведь так добивался этого — чтобы она осталась у меня — и сейчас довольно улыбаюсь, как мальчишка. Втягиваю воздух глубже и закашливаюсь.

— Чёрт, — поворачиваюсь набок, хватаясь за грудную клетку. Кажется, всё таки придётся ещё немного тут полежать.

Глава 26

Адалин Ридвон

Неделю спустя…

Целую неделю я ездила в отдел и давала показания. Волокита, конечно, вытягивала силы, но я готова была ещё месяц рассказывать о том, что произошло, чтобы этих подонков надолго упекли в тюрьму.

Что до Тарсона Вилсона, я уверена, что могу забыть о нём. Суд над ним прошел, и его выслали из столицы. Его я тоже могу стереть из памяти, и всё, что с ним было когда-то связано.

Сегодня самый счастливый день в моей жизни. Теперь, кажется, счастье будет чувствоваться каждый день, когда я буду видеть его, просыпаться рядом с ним и благодарить высшие силы, что Фоэрт Кан жив и рядом. Даже если и не рядом, но жив.