Эркюль Пуаро

– Он, часом, не подарил вам один-два из них? – вмешался Сагден.

Пилар покачала головой:

– Нет. Я думала, что, возможно, подарит когда-нибудь, если я буду с ним ласкова и почаще с ним сидеть. Старые джентльмены очень любят молоденьких девушек.

– Вам известно, что эти алмазы были украдены? – спросил полковник Джонсон.

Глаза Пилар стали еще шире.

– Украдены?

– Да. У вас есть предположение насчет того, кто мог их взять?

Пилар кивнула:

– Должно быть, это Хорбери.

– Хорбери? Вы имеете в виду слугу?

– Да.

– Почему вы так думаете?

– Потому что у него лицо вора и глаза бегают туда-сюда. К тому же он подслушивает у дверей и ходит бесшумно, как кот, а все коты – воры.

– Хм! – произнес полковник Джонсон. – Ладно, пока оставим это. Насколько я понимаю, сегодня вся семья собралась в комнате вашего дедушки, и там состоялся... э-э... крупный разговор.

Пилар кивнула и улыбнулась:

– Это было так забавно. Ух, как же дедушка их разозлил!

– И вы наслаждались этим, не так ли?

– Мне очень нравится смотреть, как люди ссорятся.

– Вы помните, что они говорили?

На лице Пилар отразилось сомнение.

– Я не уверена. Дедушка сказал, что они все никуда не годятся, так как у них нет детей, и что я лучше любого из них. Я ему очень нравилась.

– Он говорил что-нибудь о деньгах или о завещании?

– О завещании? По-моему, нет. Я не помню.

– Что было потом?

– Они все ушли, кроме Хильды – толстой жены Дэвида. Она осталась.

– Вот как?

– Да. Дэвид выглядел так забавно – побледнел и весь дрожал. Казалось, он вот-вот упадет в обморок.

– А потом?

– Потом я нашла Стивена, и мы танцевали под патефон.

– Стивена Фарра?

– Да. Он из Южной Африки – сын дедушкиного партнера. Стивен тоже очень красивый – загорелый, высокий, а глаза у него...

– Где вы находились во время убийства? – прервал ее Джонсон.

– Я пошла с Лидией в гостиную, а потом поднялась в комнату привести себя в порядок, так как собиралась снова танцевать со Стивеном.

– Да-да, – снова прервал полковник. – Что было дальше?

– Дверь рухнула, и мы заглянули внутрь. Ну и зрелище – все разбито, перевернуто, а дедушка лежит в луже крови, и горло у него перерезано вот так...