Эркюль Пуаро

– Да и со здоровьем у отца неважно...

– Он действительно тяжело болен? – спросила его жена."

"– Ну, я бы так не сказал. Отец еще достаточно крепок. Но, я думаю, он прав, что хочет собрать на Рождество всю семью. Возможно, это его последнее Рождество.

– Это ты так говоришь, – резко сказала Магдалина, – но, полагаю, он может прожить еще годы.

Джордж выглядел озадаченным.

– Да, конечно, может, – неуверенно отозвался он.

Магдалина отвернулась.

– Очевидно, мы в самом деле должны туда поехать, – вздохнула она.

– Я в этом не сомневаюсь.

– Но мне так не хочется! Альфред ужасный зануда, а Лидия меня унижает.

– Чепуха.

– Вовсе не чепуха. И я ненавижу этого мерзкого слугу.

– Старого Трессилиана?

– Нет, Хорбери. Крадется как кот и ухмыляется!

– Не понимаю, Магдалина, какое тебе дело до Хорбери.

– Он действует мне на нервы. Но я знаю, что ехать придется. Не стоит обижать старика.

– То-то и оно. Что касается рождественского обеда для слуг...

– Не теперь, Джордж. Я позвоню Лидии и сообщу ей, что мы приедем завтра поездом в пять двадцать.

Магдалина быстро вышла из комнаты. Позвонив в Горстон-Холл, она поднялась к себе, села за письменный стол, откинула крышку и стала рыться в отделениях для бумаг. Оттуда посыпались целые каскады счетов. Магдалина начала сортировать их, пытаясь создать некое подобие порядка, но в итоге, тяжело вздохнув, запихнула их назад и провела рукой по платиновым волосам.

– Что же мне делать? – пробормотала она.

VIНа втором этаже Горстон-Холла длинный коридор вел к большой комнате, окна которой выходили на парадную подъездную аллею.

В самом массивном кресле сидел тощий, сморщенный старик. Его длинные руки, похожие на когтистые лапы, покоились на подлокотниках. Рядом стояла трость с золотым набалдашником. На старике был старый, выцветший голубой халат, на ногах – матерчатые шлепанцы.

На первый взгляд старик мог показаться убогим и жалким. Но гордый орлиный нос и темные, необычайно живые глаза заставили бы наблюдателя изменить мнение. В хрупком теле ощущались жизненная сила и энергия.

Неожиданно старый Симеон Ли усмехнулся.

– Вы передали мое сообщение миссис Альфред? – осведомился он.

– Да, сэр, – почтительно отозвался стоящий рядом с креслом Хорбери.