Эркюль Пуаро

Думаю, лучше полностью порвать с прошлым.

– Понимаю, – кивнул Альфред. – Возможно, ты прав.

IV– До свидания, Альфред. До свидания, Лидия, – попрощался Джордж. – Ужасное время мы здесь провели. А ведь еще предстоит суд. Вся постыдная история выйдет наружу – ведь Сагден... э-э... сын нашего отца. Хорошо бы кто-нибудь смог его убедить сделать заявление, что он придерживается коммунистических взглядов и ненавидел отца как капиталиста."

"– Неужели ты полагаешь, Джордж, – сказала Лидия, – что такой человек, как Сагден, будет лгать для нашего успокоения?

– Возможно, нет, – согласился Джордж.

– До свидания, – сказала Магдалина. – Давайте проведем следующее Рождество на Ривьере или еще где-нибудь, где будет по-настоящему весело.

– Это зависит от валютного курса, – всполошился Джордж.

– Не будь скупым, дорогой, – одернула его Магдалина.

VАльфред вышел на террасу. Лидия склонилась над каменной раковиной. При виде мужа она выпрямилась.

– Ну вот, – вздохнул он. – Все уехали.

– Какое облегчение, – сказала Лидия.

– Пожалуй, – согласился Альфред. – Тебе бы тоже хотелось уехать отсюда?

– А ты бы возражал? – спросила она.

– Нисколько. Мы с тобой можем увидеть столько интересного... А жизнь здесь постоянно напоминала бы нам об этом кошмаре. Слава богу, все кончилось!

– Благодаря Эркюлю Пуаро.

– Да. Удивительно, как все стало на свои места после его объяснений.

– Да, как в картинке-загадке, когда разрозненные фрагменты складываются в единое изображение.

– Непонятно только одно, – сказал Альфред. – Что делал Джордж после телефонного разговора? Почему он не хотел об этом рассказывать?

– А ты не понял? Я все время это знала. Рылся в бумагах на твоем столе.

– Не может быть, Лидия! Джордж на такое не способен!

– Еще как способен. Он ужасно любопытен относительно денежных дел. Но, конечно, он скорее оказался бы на скамье подсудимых, чем признался бы в этом.

– Ты делаешь новую композицию? – спросил Альфред.

– Да.

– Что на сей раз?

– Думаю, это будет сад Эдема, – ответила Лидия. – Новая версия – без змея и с Адамом и Евой уже не первой молодости.

– Какой терпеливой ты была все эти годы, Лидия, – мягко произнес Альфред. – Ты была так добра ко мне.

– Дело в том, Альфред, что я люблю тебя, – отозвалась Лидия.

VI– Боже, благослови мою душу! – воскликнул полковник Джонсон.