Эпоха мёртвых. Начало

Но УАЗы отдавать не хотелось категорически, я признавал, что каждое слово Степаныча — чистая правда. За машинами простыми и лёгкими в ремонте — будущее. И грузовики нам позарез нужны. У нас гражданских полно, нам груз везти, которого у нас прорва, а на все джипы нам просто водителей не хватит. Жалко мне мой «Форанер», но в идеале надо бы с него на УАЗ пересаживаться. Который, кстати, и сейчас по проходимости мой подготовленный джип переплюнет.

— Мишк, чего думаешь? — спросил я Шмеля.

— А чего тут думать? — вздохнул Шмель.

— Сергеич? — спросил я у самого опытного.

— Я за то, чтобы попытаться, — ответил он. — Два УАЗа отдавать, когда в Москве грузовиков брошенных тысячи остаются… Нет, не надо, жалко.

Так я поочередно опросил всех остальных. На женщинах мнения разделились — большинство из них, кроме Ани, были за то, чтобы не рисковать, а согласиться на предложение загадочных охранников во главе с Доценкой. Решающее слово осталось за мной, и я его высказал:"

"— Думаю, надо ехать в центр города.

— А раньше сообразить? — спросила Татьяна.

— Жена у него ногами болеет, — пояснил Степаныч. — С ней так просто не побегаешь. А свою машину он на работе держит, так что всё ему едино, туда добираться надо.

— Что ему дадим? — спросил Лёха.

— В смысле?

— Оружие какое?

Не сообразил сразу, а у Лёхи вопрос, как у всякого нормального «начальника службы РАВ». Я задумался, затем сказал:

— Отдадим двустволку, что от моряка покойного осталась, и пару сотен патронов к ней. И ПМ один выдадим, а к нему пару коробок. Как?

— Нормально, — кивнул Лёха. — А он согласится?

— Я бы согласился, если бы вообще ничего не было, — пожал я плечами. — Тем более что из всего остального, кроме ружья, ещё и стрелять уметь надо.

— Да откуда я знаю? — удивился вопросу Шмель-старший. — Такой, как и я, наверное, никакой. Да хватит ему этого, у нас самих лишнего не водится.

Это верно, лишнего у нас никогда ничего не водится. А если Шмелёва-старшего слушать, про которого Мишка говорил, что ему «жаба баланс подписывает», так мы вообще в бедности прозябаем. И в этом я с ним согласен на сто процентов.