Экономка тайного советника

— Хорошо, допустим, я вас ревную. И разве мой отец не имел с вами разговора относительно наших судеб?

Курский замер, сейчас явно что-то произойдёт.

Насторожился, мгновенно припомнил все недолгие переговоры на личные темы с самим прокурором, но ничего подобного не происходило. Ничего, кроме нескольких приятных вечеров в семье его высокопревосходительства. Неужели слухи реальные и кто-то настоятельно прочит Курского в зятья к Генриху Оттовичу Вельцу?

Без меня, меня женили?

— Простите, госпожа, но я не припомню такого разговора.

Вы прекрасная девушка, красивая, образованная. Мне доставляло огромное удовольствие ваше общество на музыкальных вечерах. Однако я и не смел надеяться на столь значимую партию.

Вот тут он солгал.

Его должность позволяет ему рассчитывать на прекрасные партии, он может себе позволить выбрать любую из институток или любую знатную девицу на выданье. Любую, кроме царевны Анны и ещё двух девушек из княжеских родов. Но на такие горизонты он сам боится заглядывать.

Однако разговор зашёл в очень щепетильную область.

Это либо глупость Натали или гениальность. Она устроила сцену ревности и тем самым прижала его к стене. Заставляя сделать тот самый шаг…

И она сама его сделала:"

"— Простите, произошло чудовищное недопонимание. Все о нас говорят, но от вас нет ни единого намёка на чувства. Вы на эту пигалицу смотрите с большим воодушевлением, чем на меня. Признаться, я думала, что вы боитесь моего отца. Но всё оказалось проще, я вас не интересую. Но молю, подумайте обо мне иначе.

Как о многообещающей партии для вас. Мне же нужно как можно скорее съехать из-под опеки семьи. Мачеха меня ненавидит. Неделю после моего возвращения из Института мы выдержим под одной крышей, но после она сделает всё, чтобы сослать меня в Москву и выдать замуж за какого-нибудь престарелого грузинского князя. Если я вам хоть немного нравлюсь…

— Сударыня, остановитесь. Нельзя юной девушке так откровенно говорить о своём положении и тем более жаловаться на судьбу, она у вас завидная.

Если вспомнить долю той же Савельевой. Я восхищаюсь вашей смелостью, но позвольте мне самому принять решение и прежде поговорить с вашим отцом, прошу меня простить…

Он стукнул в стену кареты и поспешно вышел, холодный Петербуржский ветер тут же продул его стильное дорогое пальто и охладил вспышку негодования.

Натали действительно загнала его в тупик.

— Сейчас мне придётся принять решение за какую коалицию выступить. Разумовский или прокурор Вальц.