Экономка тайного советника

Его кто-то из своих подсиживает, предаёт?

Боясь даже в мыслях произнести ужасное слово: «Заговор!», Валентина Никифоровна низко присела на ватных ногах в реверансе. Подождала, пока Его светлость отойдёт на безопасное от неё расстояние, почти бегом скрылась за массивными дверями дворцового парадного крыльца.

Кружок рукоделия прошёл типично, истории, новости, лёгкие сплетни, всё старое и не имеющее особого значения. Вот после бала поводов для разговоров добавиться.

Валентина попыталась попросить аудиенцию на пару минут у царицы, но слова застряли в горле.

Пришлось со всеми дамами низко присесть в прощальном реверансе и удалиться.

— Бедная Ульяна, что-то тебя ждёт. Как же я так неосторожно… Попалась, как курочка волку…

Только в карете Валентина позволила себе прошептать неприятную правду, но больше она ничем не может помочь девице. Скорее всего, экзаменационные листы неизвестная доносчица уже передала в Тайную канцелярию, причём в обход Действительного тайного советника. Не сегодня, так завтра за Савельевой придут люди в чёрных мундирах, и это дело рук самого прокурора Вальца, папаши гордячки Натали.

Больше некому такие гадости устраивать.

— Когда же эта змея прокурорская покинет стены заведения, мы уже и дышать разучились за эти три года! Ненавижу!

От этих мыслей и от перспектив назревающего скандала у испуганной женщины закололо под лопатной, она трижды перекрестилась и помолилась, чтобы эти вихри подковёрной борьбы её лично не задели…

Глава 16

Мы пробежали по улицам исторического центра, в этом мире или реальности они выглядят иначе.

Свежее, новее видно, что владельцы домов следят за их внешним видом. Но это фасады, кто знает, что там внутри двориков. Нам некогда думать, надо бежать, зимний день короткий, а по тёмным улицам двум барышням без сопровождения бегать опасно.

Варя словно услышала мои мысли и крикнула, что придётся нанять извозчика.

Морозец без ветра, на набережной деревья в инее, настолько красивые, что хочется остановиться и смотреть, а ещё лучше сфотографировать.

Но увы, нечем! Масляные фонари, лишь отдалённо напоминающие наши. И типичные Питерские сосульки с крыш, на которые я по привычке посматриваю с опаской и самые здоровые обхожу по проезжей части. Удивительно, мене сейчас кажется, что вот сейчас я вижу настоящий Питер, такой, каким он должен быть. А в нашем мире, уже не то, много бутафории, украшений нереальных, неживых.

— Поберегись! — над нами пронёсся гулкий вопль извозчика, восседающего на облучке дорогой кареты.