Экономка тайного советника

Словно только что в этой приватной комнате стояла женщина, причём такая, за которой он бы и на край света пошёл, но она молча ушла, не оставив имени и ни единого намёка на то, как она выглядит.

Это что-то новое.

— У меня в покоях новая горничная? — цесаревич теперь, как ищейка пытается уловить что-то более существенное, чем магический след.

— Нет! Как можно! Без вашего позволения никак нельзя! Но может, мадам Матильда знает? Пригласить?

— Нет! Я сам уже чувствую! — Александр безошибочно открыл небольшую дверцу комода, и достал футляр с запонками, подарок отца.

Осторожно открыл крышку футляра, две золотые запонки с крупными бриллиантами. Они казались слишком вычурными, и цесаревич выбирает их только по очень важным поводам, чтобы показать венценосному отцу свою признательность и уважение.

Таких случаев не так много за календарный год наберётся всего два-три, но это по мнению Александра."

"Младший князь совершенно иного мнения насчёт драгоценностей.

От драгоценных камней исходит особый аромат магии. Насыщенный день провёл Алексей, тут и его собственный след, и много восторженных девиц вокруг крутятся хороводом. Но всё не то!

Удивительно, что от одной запонки след несколько отличается.

Александр взял её в руку, зажал в кулаке и попытался уловить прошлые события, какие произошли с ней.

Девушка весьма скромная, обычной внешности, её лица не видно, но по ощущениям брата становится понятно, что она его не заинтересовала.

Однако насколько сильный след её магии.

— Она артефактор или медиум?

Так с одной запонкой цесаревич Александр и поспешил в покои к младшему брату, тот не успел начать оправдательное выступление, как услышал странный вопрос:

— Кто эта девушка, с которой ты долго разговаривал?

— Их было очень много весь выпускной курс. Сегодня экзамены, — про инцидент, когда одна запонка укатилась под стол, Алексей даже подумать боится.

— Одна, меня интересует та, что помогала тебе с этой запонкой.

— Я честное слово, не помню её, какая-то блёклая девица, служанка. Прости, братец, но это была секунда и все. Их же там много. Будь девица достойная, я бы запомнил. И она слишком откровенно думает о мужчинах! Фривольная донельзя… — простонал, густо покраснел и виновато улыбнулся.