Эхо проклятого леса

– Ты совсем лишилась рассудка? Посмотри, что ты устроила… Разве такое нужно сейчас твоему мальчику? – Голос матери Розы снова звучал как натянутая до предела струна.

– Ему нужно жить! Это все, что меня волнует! Я должна закончить ритуал, должна призвать Лес!

– Ритуал? О господи, господи боже мой! Кто? Кто тебя надоумил?

– Не твое дело! – огрызнулась Роза и попыталась прорваться в комнату, чтобы запереться там. Мать вытянула руки, чтобы схватить дочь, но та ударила по ним. – Пусти, я должна закончить!

Женщина встала со стула и, несмотря на то, что ей было уже давно не двадцать лет, смогла отшвырнуть обессиленную от голода и недосыпа дочь к стене.

"– Знаешь что, дорогая моя! – рявкнула пожилая мать и уперла руки в бока. – Я бо́льшую часть жизни прожила в деревне и быков за рога таскала! Еще раз ты поднимешь на меня руку, и, клянусь богом, я тебе так всыплю, что искры из глаз полетят.

Роза закрыла руками лицо и сползла по стене на пол. Из ее груди вырвался тяжелый вздох, послышались всхлипы.

– Роза, Розочка, прости… Да что же это творится, – опустилась мать на колени рядом с дочерью. Она гладила ее по голове, обнимала и целовала в разгоряченный лоб. – Кто тебя надоумил? Ответь, пожалуйста. Ты что, ходила к той ведьме?

Роза не отвечала, лишь молча кивала, не в силах сдержать слезы.

– Я же тебя предупреждала, чтобы не занималась ерундой, говорила.

– Она рассказала мне, как наш лес забирал больных детей для своей защиты и вылечивал их от всех болезней.

– Глупости какие-то. Это даже не лес – роща посреди города, и только. Вот у нас в деревне настоящие леса, дремучие. И туда точно не ходят за спасением. Тебе нужно в наш храм. Там мы попросим батюшку помолиться за всех нас, там настоящая сила, а не в этих мерзких сказках.

– Это не сказки, мам! – багровое лицо Розы показалось из-за ладоней. – Я прочитала немало книг, изучила историю нашего города, и, действительно, все было так, как она мне рассказала. Но почему-то Лес не хочет забирать Диму. Я пыталась! Много раз пыталась! – слова вырывались с хрипом. Распухшие глаза Розы текли, как прохудившиеся трубы. Она растирала слезы по щекам, и те становились еще грязнее, чем были.