Эхо проклятого леса

Может, он нашел эликсир бессмертия, раз вел себя так отчаянно?

Марк стоял, уперев кулаки в стол, и сверлил своим взглядом мужчину напротив. Его грудная клетка ритмично колыхалась, словно он только что пробежал десять кругов по стадиону, а желваки на скулах то и дело надувались. Турбо продолжал сидеть на месте и, заглянув в глаза людям за соседними столами, чтобы те наконец отвернулись, взял салфетку и принялся вытираться. В воздухе снова раздался звон посуды и завибрировали голоса.

– Я скажу родителям, они вызовут полицию, и мы тебя засудим, козел! – не унимался Марк.

Мужчина вытер лицо и рубашку, и если на коже лимонад не оставил следов, то одежда однозначно требовала стирки.

– Тебе бы, пацан, научиться для начала дослушивать до конца, – сухо произнес он. Тошка видел, как надулись вены на шее мужчины и глаза стали бешеными, но Турбо все равно не вставал с места. – Я, вообще-то, хочу помочь тебе. Но если еще раз выкинешь что-то подобное, то я не посмотрю, что у тебя горе и ты несовершеннолетний.

– Чего тут слушать? Ты сказал, что хорошо, будто мою сестру похитили! Чертов ублюдок! – Гормоны переливались через край, как не снятый вовремя кофе с плиты. Марк не повел и бровью после предупреждений Турбо и был, кажется, готов схватить второй стакан, чтобы повторить свой «номер».

Тошка заметил это и отодвинул свой лимонад на край стола, а затем потянул Марка за футболку, но тот ударил его по руке.

– Да, сказал, – спокойно ответил мужчина, но было видно, что он подавляет гнев внутри себя. – Она же болела какой-то смертельной болезнью, так?

– Не понял.

Лицо Марка скрючилось в озадаченную гримасу. Он со злостью посмотрел на Тошку, словно друг виноват в распространении военной тайны. Заметив этот взгляд, мальчик быстро замотал головой.

– Успокойся, твой друг ничего мне не говорил, – сказал Турбо. – Так значит, я прав. Хм. Вторая ключевая зацепка, – он рассуждал как заправский детектив.

Растерянный Марк пододвинул стул и уселся на него, не сводя глаз с мужчины. Наступило неуютное молчание.

Со стола на пол капала разлитая газировка. Тошке было стыдно за всю эту ситуацию и за своего друга, и, воспользовавшись паузой, он быстро сбегал за стопкой салфеток к ближайшему кафе и протер лимонадные лужицы.