Эгоист

Но вовсе не для того, чтобы побыть рядом с той, что стала смыслом моей жизни, нет.

Я честно пытался мягко спровадить свою упрямую малышку в её комнату, но, услышав пятое «нет» в ответ на мою просьбу, вспылил и, не сдерживая гнев, закинул её на плечо под удивлённый взгляд Александры Викторовны и попросту сволок в комнату, уже не вежливо попросил заткнуться, сказав, что должен поговорить с её родителями. Ксюша пыхтела и злилась, но больше ничего не сказала и обиженно уселась на кровать. Для пущей убедительности хлопнул дверью в её комнату, когда уходил.

"Родители обнаружились на кухне. Николай Сергеевич сидел за столом, гипнотизируя его поверхность, а Александра Викторовна стояла у окна, грея руки о кружку с горячим кофе, если судить по запаху. На моё появление оба отреагировали одинаково: оставив свои «увлекательные» занятия, вопросительно воззрились на меня.

— Я понимаю, что вам это покажется преждевременным решением, но я бы хотел забрать Ксюшу к себе.

Мать девушки медленно опустилась на стул рядом с мужем.

— В каком смысле «забрать»?

Идеальную маску спокойствия на моём лице начало пробивать раздражение. Я что, говорю на каком-то другом языке?

— В самом прямом, — хочу, чтобы ваша дочь переехала жить ко мне.

На этот раз пара переглянулась.

— Я конечно понимаю, что в нынешнее время молодёжь иначе относится к такого рода отношениям, но для нас подобное поведение не приемлемо, — хмуро ответил Николай Сергеевич.

«Неудивительно, что Ксюша сбежала от вас не так давно, с вашими-то явно несовременными взглядами…» — мелькнуло в голове.

Я помнил, что мы с малышкой договорились ничего не говорить нашим родителям о том, что собираемся пожениться, но, видимо, другого способа уговорить их не предвидится…

— Это ненадолго, — ухмыльнулся я. — Неделю назад я сделал Ксении предложение, и она согласилась. В сущности, сейчас ваше разрешение мне не так уж и нужно; я прошу его лишь из вежливости и уважения к родителям моей будущей жены.

Сказать, что родители малышки удивились — ничего не сказать. Судя по выражению их лиц, Александра Викторовна сейчас примется хлестать «Корвалол», а челюсть Николая Сергеевича пробила собой все четыре этажа девятиэтажки.