Его Искушение

Хватит из себя целку строить! Не раздражай. Больше разъяснительных бесед я проводить не буду. Пара статей в прессе и тебя не то, что ни в одно модельное агентство третьего класса не возьмут, за прилавок пойдешь яблоками торговать.

Улыбается как-то зловеще и меня словно в прохладную воду швыряют.

— Ты мне вот это все брось. Достаточно просто разжать руку и тебя в мясорубку затащит. Повезло, что мне это крайне невыгодно.

Инстинкт самосохранения просыпается и вдруг в голове вспыхивает.

Он ведь назвал фамилию — Серебряков!

Еще один русский, вызывающий страх на лице Цветочка. Страшная догадка и мужчина, зажавший меня в доме Ивана, всплывает перед глазами, сливается в одну проекцию, вызывая животный ужас и отвращение…

Опираюсь о стул, чтобы не рухнуть.

Проглатываю слезы, дышу через нос, пытаюсь осмыслить собственные догадки.

— Я в полицию пойду!

— Ты, кажется, немного не просекаешь, с кем играешь. Иван Кровавый и его ближнее окружение не те люди, против которых можно пойти с компроматом.

А компромата и нет! Твое слово и только, а я выставлю тебя кем угодно! В общем, не гневи меня. Забудь и мчим дальше в твое светлое будущее. Не глупи. Сейчас мне нужно, чтобы ты свалила на показ мод.

Проходится по кухне, закладывает руки за спину, а я все думаю, что не того мужчину я по голове подносом огрела. Не того!

— Ты будешь работать, Аврора. Контракты выполнишь. А я постараюсь сделать так, чтобы больше подобного опыта у тебя не было…

Меня трясти начинает от угрозы, проскользнувшей в голосе Флауэра.

Знобит от страшного предчувствия и нет доверия больше Цветочку. Чувствую, что происходит нечто страшное, воронка вокруг меня закручивается и я опять брюнета вспоминаю, его взгляд. Рука тянется к забытым на столе ножницам и сквозь слезы кричу:

– Я, скорее, лицо себе изуродую и волосы обкорнаю, чем еще хоть раз… ты понял?!

Разворачивается ко мне на каблуках и скрежет по кафелю проносится.

Хватает меня. Смотрит в глаза. Зло. И на дне зрачков страх проскальзывает. Боязнь дикая. Неужели моей угрозы так испугался?!

— Только посмей навредить себе! Только посмей! Приказ был, чтобы ни одного волоса с твоей бедовой башки не упало!

— Что?! Ты про что?!

Ничего не понимаю, но Ридли уже тащит меня на выход.

Упираюсь.

— У тебя самолет, Аврора. Живо вышла. Ты летишь! Прямо сейчас.