Его игрушка

Меня не было тридцать секунд, но этого хватило, чтобы по возвращении меня ждал не разомлевший котенок, а злобная мегера.

— Что это? — ткнула моим же мобильником. Я только и успел увидеть, что Моника очередную поэму накатала. Блядь...

Глава 23

Джейсон

— Тайна личной переписки — нет, не слышала? — Я вырвал телефон и бросил на диван. Мне вообще похрену, что там написано и что подумает Дэдэ. Но то, что она начала копаться в моих вещах и предъявлять, бесило. Какого хрена вообще?!

— Блокировку ставить надо! — съязвила Дэдэ и покачала головой.

Дэдэ резко развернулась, уйти хотела, и ведь такая красивая, когда злится. Ревнует. Меня ревнует. Фурия моя злобная.

— Это не твое дело, поняла? — прижал к себе, чтобы дышать нечем было. — Я буду трахать и ее, и тебя — по очереди или одновременно, и ты пикнуть не посмеешь.

Да, я перебарщивал, но пусть знает, что не в том положении, чтобы условия диктовать."

"— Пусти! — вырваться попыталась. Я жадно накрыл ее губы, все еще хранившие вкус сахара и травы. Целый вечер хотел это сделать. Мы целовались страстно и дико, без игр и условий. Я рухнул на диван и усадил ее сверху, терзая сладкий рот. Дэдэ отвечала с неменьшим пылом: рубашку с меня содрала практически, член достала, и сама вставила в дырочку готовую. Бедрами меня сжимала, ритм нужный искала, с влажными шлепками на ствол каменный опускалась.

— Только не останавливайся, прошу, не останавливайся, — молила, когда я впился губами в шею нежную. Нет, детка, прости. Я грубо сжал ее бедра, снимая с члена, и опустил на пушистый ковер, широко разводя ноги. Рывком опустил верх платья, сиськи обнажая, и прижался стояком к ложбинке.

— Давай, поработай грудью, детка.

Груди у нее были аппетитные, округлые, мягкие. Дэдэ старалась — отлично дрочила мне сиськами, и язычком проворным помогала.

— Джейсон, — позвала Дэдэ, придерживая лиф платья, — я хочу, чтобы ты знал: я не буду больше с тобой, если ты будешь продолжать встречаться с другими женщинами.

Я открыл левый глаз — что за дурная привычка кайф обламывать?

— Это ультиматум? — уточнил, обдумывая заявочку.

— Пока мы женаты — я хочу быть единственной.