Его игрушка

Как итог с нами были: Стелла Маккартни, Ральф Лорен, Джимми Чу, Кэлвин Кляйн, Кристиан Лакруа, Прада и сам Майкл. По три топовых наряда от каждого и дело в шляпе!

— Ну-ка, встань сюда, — поманил меня Майкл. Я встала на круглое возвышение, вероятно, здесь с манекеном работают. — Данные неплохие, рост, правда, не идеал, но для нашего дела — это даже хорошо. Я уже вижу заголовки «Мода, живая и настоящая»!

Да, в этой профессии все склонны к эпатажу и эффектам.

— Ты тоже, курочка моя, на подиум выйдешь? — уточнил он у Эмили.

— Демонстрировать наряды конкурента — ни за что! — притворно возмутилась она.

Все рассмеялись, а я подумала, что Ева действительно могла сделать карьеру модели: высокая, с ногами от ушей, красивая, единственное, что не вписывалось в модное дефиле — порядком округлившийся животик. Ева была глубоко беременной, но ей шло.

— Ладно, курочки мои, — начал Майкл — похоже, он готов вынести вердикт нашей идее, — ведите всех, кого можно выпустить на подиум.

— Это дискриминация! — воскликнула Эмили.

— Это мода, курочка! Швеям и так придется расшивать и перекраивать!

— Еще надо с площадкой решить вопрос, — добавила Ева.

— Линкольн-центр, — отрезал Майкл.

— Сложно, — мы с Эмили сказали это одновременно. Даже я, далекая от мира моды учительница из провинциального городка, знала, что в Линкольн-центре проходит неделя высокой моды.

— Дэдэ, — Ева хитро на меня посмотрела, — ты умеешь очаровывать мужчин?

Хм… Я, может, и не умею, но Дэйдра Морган-Сторн точно умеет! Я кокетливо повела плечиком и стрельнула глазами в Майкла. Он тут же схватился за сердце, изображая приступ необузданного желания.

— Тогда вы с Мишель вместе к Джеку Монтгомери на ковер пойдете. У него слабость к репутации мецената и благотворителя, и красивые женщины, конечно, — сказала Ева.

— Почему с Мишель? — удивилась я.

— Ее брат учился с ним в Гарварде, они вроде дружат. Вместе вы точно его уговорите.

— Вообще-то брат Мишель — муж нашей Дэдэ, — сконфузилась Эмили.

— О! Тогда задача упростилась! — воскликнула Ева.