Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Под вежливыми словами скрывался приказ.

– А что будет с ней? – указала я на тело. На меня все непонимающе уставились. Может, они могли вести себя так, как будто здесь не валялась в крови женщина, но меня это коробило. – Ее же надо похоронить или вернуть останки родным.

– Почему вас заботит тело предательницы? Вы же слышали о ее планах, – на меня с недоумением посмотрел Его Высочество.

– Да кому нужны ее кости?! – пренебрежительно отозвался один из вампиров.

– Например, родным, – ответила я тому, игнорируя вопрос принца.

– Она позор для семьи.

– Но была кому-то дорога. Отчего вы решаете за ее родных?

– Что вам за дело до предательницы? – настойчиво повторил вопрос принц, привлекая мое внимание и ожидая ответа.

– Не нам ее судить и забрасывать камнями.

– Камнями? – приподнял он бровь.

Я выругалась про себя, так как здесь о христианстве не слышали и понятия не имели, что я имела в виду.

– У нас есть такая поговорка. Она возникла после одного события. Люди ополчились против одной женщины, называя ее распутницей, и предлагали забить камнями недостойную.

Это увидел один… мудрец. Ему стало жаль женщину, которую была готова растерзать толпа, и тогда он сказал: «Кто без греха, пусть первый бросит в нее камень». Все оскорблявшие ее опустили камни и разошлись.

– У меня создается впечатление, что вы готовы всех пожалеть, – чуть ли не с укором ответил на это принц.

– А у меня складывается ощущение, что некоторым это чувство неведомо.

– Жалость – это роскошь, которую не каждый может себе позволить, – только и ответил он.

 – Я вас не задерживаю, – перевел взгляд на Хризею.

Та вспыхнула, но больше ничем не выдала, что ее это уязвило. С достоинством развернулась и пошла на выход. Взгляды дипломатов заметались между ней и принцем. Наконец, они разделились, и одни поспешили ее сопровождать, а другие остались.

Я тоже двинулась за ней, но меня удержал Его Высочество:

– Задержитесь. Вы же хотели решить вопрос с останками. – Пришлось остаться. Я выжидающе посмотрела на него, ожидая, что он скажет.

Он смотрел на меня, о чем-то размышляя, затем перевел взгляд на эти самые останки. За время нашего разговора картина не стала менее ужасна. Спохватившись, он протянул руку, сказав: – Позвольте увести вас отсюда. Это зрелище не для прекрасных дам.

Увести?! Я подозрительно посмотрела на протянутую руку, как будто она могла меня укусить.

– Куда увести? – была сбита с толку я.

Похоже, он и сам не знал, так как на мгновение нахмурился и решил:

– Да хотя бы в сад.