Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Да и кто мне еще поможет? Если действовать своими силами, то нужно время, чтобы найти надежных людей, а я не думаю, что оно у меня есть.

Люциан убрал руки, освободив меня от захвата. Как только я получила свободу, тут же развернулась, чтобы влепить ему пощечину, но он этого ожидал, перехватив мою руку и заведя ее себе за шею. Другой рукой он прижал меня к себе и впился быстрым поцелуем в губы. Властно, жестко сминая их. Выпустив меня из объятий, он спрыгнул с лошади.

– Подонок! – бросила ему, понимая, что этот раунд остался за ним.

Хотелось бы сделать ему наперекор, но самолюбие не позволило появиться перед людьми в таком взъерошенном виде. Поэтому, кипя от бессильной ненависти, я быстро приводила одежду в порядок.

К моему возвращению, дочь уже ушла с конюшни. Ее забрала Лота, и, наверное, это было к лучшему. Идя к себе, я воочию видела подтверждение словам Владыки. Как у встреченных мною придворных, стражников или некоторых слуг трепетали ноздри и менялось выражение лица, становясь этаким понимающим. В этот момент я чувствовала себя выставленной обнаженной на всеобщее обозрение и окруженной животными.

«Они и есть животные, хоть и выглядят как люди, – осознала я. Обоняние говорит им о многом. – Интересно, они чувствуют эмоции, ложь?»

Надо было выяснить этот вопрос. Все, о чем могла я думать, идя к себе, так это о мести. Меня еще никогда так изощренно не унижали. После этого внутренний протест против нашего брака лишь окреп. Понятно, что ни о какой совместной жизни с ним и речи идти не могло.

* * *Первым делом я приняла ванну и долго себя оттирала, пестуя в душе злость, чтобы не плакать от бессилия. Затем потребовала разжечь камин и оставить меня одну. Порванное белье и лосины я сожгла. После этого приказала Шите выяснить, вернулся ли Арквиэн и где его комната. Необходимо было с ним поговорить, а к себе приглашать его я не рискнула. Время, пока она ходила, я провела с дочерью, и это хоть немного успокоило мои расшатанные нервы."

"Вернулась Шита и сообщила, что комнаты Арквиэна в другом крыле, а сам он сейчас переодевается к обеду.

– Отлично!

– Госпожа, вам лучше не ходить к нему.

– Почему? – тут же напряглась я.

– Владыке это не понравится, – смутившись, пояснила она.

– Какая прелесть, – сквозь зубы сказала я и вышла. Запрета на посещение не было, так что пусть идет лесом. Ох, некстати я вспомнила про лес. В душе опять поднялась волна негодования. Еще я задалась вопросом, почему такая дискриминация к эльфу.