Единственная для бандита

 — Они означают, что никто, кроме меня, не любуется твоими сочными дыньками в обнажённом состоянии…

Властные пальца Леона захватывают в плен сразу два соска, начиная покручивать их по спирали. Он множит приятные ощущения и время от времени ударяет по тугим вершинкам языком, вызывая сладостный мандраж во всём теле. Позвоночник покалывает от удовольствия, жар приливает к складочкам, делая их чувствительными.

— Никто, правда?

Леон пытливо вглядывается мне в лицо. Когда он так искушённо ласкает меня, я забываю обо всём на свете и едва могу вспомнить даже своё имя!

Я им покорена, схвачена в плен… Порабощена целиком и… ко всему прочему ужасу, мне нравится принадлежать ему полностью.

— Только ты, Леон, — мурлыкаю и развожу ножки.

Голодный взгляд моего Льва мгновенно устремляется к порочной развилке. Губы мафиози ползут вверх, обнажая белоснежную ухмылку.

Я знаю, какой вид ему открывается — лоно течёт влагой возбуждения. Розовая плоть покраснела от усердий Леона. Ведь он не шутил, когда заявил, что утрахает меня! Ни капельки не шутил!

Всё время он только и делает, что совращает меня: у стены, на столе, в душе, на кровати… Даже на полу, поставив на четвереньки и начав трахать меня, как голодную кошку по весне.

Сейчас Леон властно переворачивает меня на живот, не забыв подложить специальную подушку, чтобы мой небольшой, но уже выступающий животик чувствовал себя комфортно.

Я даю ему иметь себя так, как только хочется ему! За время разлуки я соскучилась так сильно, что сейчас готова не вылезать из постели сутки напролёт.

Ох, кажется, именно это мы и делаем — занимаемся сексом, как голодные кролики, как дикие животные — мокрые от пота, смазки и спермы.

Леон входит медленно и осторожно. Его толстый член распирает стенки моего лона и заполняет целиком. Мощный и неумолимый таран, ммм… как мне нравится держать его в плену своей влажной киски!

Я кое-чему научилась, пока сидела здесь, в одиночестве — гимнастике интимных мышцы. Тренировалась, потому что это полезно для тренировки перед родами.