Единственная для Буйного (СИ)

Руки на груди скрещиваю, показывая недовольство. Раздражение под кожей свербит. Сильно, до желания разругаться дико. Потому что Эмир издевается надо мной. Это не забавно уже, а довольно обидно. Я ведь как-то прожила столько лет, никаких проблем не было. Не моя вина.

— Чё за дела, кукла? — Мужчина скалится.

— В том, что ты меня обижаешь, — раздражённо выливаю тёплое молоко в хлопья. С грохотом ставлю на стол. — Катюш, иди кушай.

— Я за безопасность переживаю. Знаю твои умения.

— Какие умения?! — Я завожусь. Аж трясёт от злости.

— Кончай истерить.

Я фыркаю. Демонстративно отворачиваюсь от мужчины. Тогда ни словечка ему не скажу.

Катюша с интересом наблюдает за нами. Помалкивает, спокойно уминая свой завтрак. Вот! Сестра у меня нормальная, ей всё подходит. А этот…

Я шмыгаю носом, поспешно ухожу в свою спальню. Часто моргаю, чувствуя, что расклеюсь сейчас без повода. Но мне обидно. И хочется, чтобы хоть раз Эмир похвалил. С улыбкой приятное что-то сказал.

— Что за психи? — Мужчина за мной следует. — Я к тебе вырвался на пару часов, а ты мне вынос мозга устраиваешь? — Поехал бы туда, где не выносят. И готовят нормально!

— Завязывай. Продолжишь мне предъявы пустые кидать — поеду.

Это становится последней каплей. Я ещё раз шмыгаю носом, слёзы набегают на глаза. За секунду оказываюсь в крепких тисках Эмира. К себе прижимает, отвернуться не позволяет. Взглядом тяжёлым припечатывает.

— Блядь, у тебя психи по расписанию? — Хмыкает.

— Наверное, — я киваю, упираюсь лбом в плечо мужчины. — Это просто обидно. Я же нормально готовлю…

— Котлеты из котят с тобой не согласятся.

— Это не я готовила! Случайность.

— Рестик сожжённый?

— Проводка! Я как-то выживала до тебя.

— Мне всё ещё интересно ""как"".

Я всхлипываю, но не пытаюсь вырваться из рук мужчины. У меня действительно скоро месячные по графику. Я становлюсь тревожной и плаксивой. Но в объятиях Эмира немного успокаиваюсь.

— Сопли утри, — утешает в своём стиле. — И на кухню дуй. Приготовишь мне свои хлопья?

— Ты серьёзно? — Не веря, смотрю на него. — Ты…

— Шуруй, пока не передумал.

Я улыбаюсь. Широко и радостно. Легко настроение меняется.

Привстаю на носочки, целуя мужчину. А после сбегаю. Я готовлю не очень, но хочется своего мужчину порадовать. Мой ведь, правда?

Беру новую пачку молока, всё повторяю. Ставлю гордо перед Эмиром.