Двойной шанс для истинной (СИ)

 — Именно поэтому я сегодня здесь оказался. Дракон почувствовал опасность. И он оказался прав. И теперь, Милания, клянусь, я с тебя глаз не спущу. Даже против твоей воли, но моя защита будет здесь стоять. Не упрямься. Ты меня с ума сводишь, девочка.

Такой резкий переход со спокойного уравновешенного тона к яростной атаке ввел меня в замешательство. Я буквально потерялась. Его глаза прожигали меня насквозь. Даже метка начала странно покалывать.

А потом, я совсем растеряла все здравые и правильные мысли, потому что Даррен резко наклонился и поцеловал меня прямо в мои приоткрытые от удивления губы.

Это было неправильно, совершенно недопустимо, но после секундной заминки по телу разлилась волна острого, возмутительно неприличного удовольствия."

"Ошеломляющее по своей силе открытие. От поцелуя оказывается можно запросто потерять сознание. Я, например, была на грани обморока. А еще оказывается от ласковых, но властных движений мужских умелых губ и языка начинает сладко ныть грудь, низ живота и подкашиваться колени.

Даррен проник одной рукой в мои волосы и нетерпеливо дернул за узел, который я впопыхах соорудила на затылке. Шпильки полетели в разные стороны, а тяжелая копна волос опустилась мне спину. В них сразу зарылись обе ректорские ладони.

И снова неправильная реакция. Я должна была возмутиться и попытаться вырваться из мужских объятий, а сама едва подавляю неприличные стоны от того, что делает со мной этот дракон.

И целует… Богиня, как же он целует! Мои губы словно в алтарь превратились для одного безумного фанатика, который теперь алчно терзает и молится им одновременно. Тону в этих ужасающе прекрасных ощущениях.

Барахтаюсь, но не могу выплыть.

Меня сносит этим потоком, как бурной горной рекой.

Ошеломленная, оглушенная и почти ослепленная своим первым настоящим поцелуем, я не заметила, как он закончился.

Даррен неожиданно отстранился. Нежно провел по моим губам подушечкой большого пальца, пока я пыталась перевести дыхание и собрать хоть какие-то мысли в голове.

— Какая же ты невинная, Ния.