Две жены моего мужа

Мы снова в доме одни: рабочий день Нурии закончился, Аскар у нас уже не ночует, а Дильназ снова осталась у свекрови. Енешка, кстати, на меня обиделась из-за того, что я сбросила ее любимчика Карима с пьедестала. Теперь она говорит со мной сдержанно, коротко и по делу. Комментарий по поводу совета директоров лаконичный: “не ожидала от вас с Искандеров такой подлянки”.

Впервые пришлось уколоть ее, сказав: “И я не ожидала такой подлости от своего мужа”.

Енешка поджала губы и нахмурилась, но ничего не ответила. Понимает, наверное, что я права.

Сейчас мне как никогда надо поговорить со старшей сестрой. У нас вечер субботы, а у них в Нью-Йорке день только начинается. Прислонившись к мягкому изголовью кровати, нажимаю на белую иконку мессенджере и жду ответа.

— Зара! Твои ранние звонки скоро сведут меня с ума, — смеется Ада, которая с недавних пор стала произносить мое имя на английский манер, с мягкой буквой “р”.

— Я же знаю, что ты уже не спишь, — улыбаюсь ей в ответ, глядя на счастливое, светлое личико Аделины — матери троих детей. — Прекрасно выглядишь.

— Don’t lie (Не ври), мы с Мэттом полночи клеили этот чертов макет солнечной системы для выставки Тима.

Мэтт — это муж Ады, с которым она познакомилась на последнем курсе университета. Поженились они позже нас с Каримом, и осели в самом большом городе Америки.

— А почему Тим сам его не клеил?

— Мы всей семьей его клеили, но дети сошли с дистанции.

— Хай, Зара! — в камеру заглядывает племянница четырехлетняя Амелия и машет мне рукой.

— Hi, baby (Привет, детка)! Как дела?

— Хорошо, — с сильным акцентом отвечает девчушка. — Ты и granny (бабушка) приедете к нам скоро?

Умиляюсь тому, как старательно и в то же время смешно она выстраивает предложения на русском.

— Бабушка точно приедет, а мы с Дилей пока не знаем.

— Baby, go play with daddy please. Tell him mommy is talking to aunt Zara. (Детка, иди поиграй с папочкой, пожалуйста. Скажи ему, что мама говорит с тетей Зарой), — просит Ада на безупречном английском.

— Okay. Bye, Zara! (Окей, пока Зара!) — помахав ладошкой на прощание, Амелия убегает, а мы с Адой, наконец, можем спокойно поговорить.

— Рассказывай, — строго велит она.