Две полоски после вечеринки

Ты чего тут делаешь?

Оборачиваюсь - Ваня. Сидит, пьет кофе.

Да, похоже пацаны всё ещё любят эту заправку. И кофе, судя по запаху, тут до сих пор неплохой.

Мы жмем друг другу руки.

- Катаюсь. А ты?

- Я тоже.

Сажусь с ним рядом.

Он хмурый, молчаливый. Злой.

Я тоже.

Так что какое-то время мы молчим. В душу друг другу не лезем. И как будто понимаем друг друга без слов.

Как мне этого не хватало в Дубае! Да, там у меня тоже были друзья. Но не такие. Этих я знаю с пеленок. И у нас почти телепатическая связь.

Но не настолько, чтобы я понял, чем конкретно он грузится.

Ваня - классный парень. И, кстати, он хочет, чтобы его звали Гризли, типа, он сын Медведя, все дела. Но, естественно, никто его так не зовет. Все называют просто Ванькой. Он бесится: ну хотя бы Иван! Но нет.

Тусовка беспощадна. Никто не получает кликуху по заказу. Она сама прицепляется в какой-то момент.

Я, может, тоже хотел быть Гепардом или Львом. Но я Песец. И уже смирился с этим.

- Ты чего такой тухлый? - наконец, спрашивает Ваня.

Пожимаю плечами.

- Ты тоже не сказать, чтобы сильно радостный.

- Из-за девчонки? - спрашивает Ваня.

Киваю.

- Ты тоже?

Он, секунду помедлив, тоже кивает.

- Из-за девчонки.…

Мы молчим дальше. А что тут скажешь? Женщины - зло.

Я допиваю свой американо. Думаю ехать дальше. Но тут Ваня выдает:

- Есть одно дело....

- Что за дело? Может, помощь нужна?

- Чё, Песец, возбудился? - ржет Ваня.

Я тоже улыбаюсь.

Чую, дело пахнет керосином. А мне это как раз и нужно. Отвлекусь, развлекусь. Выброшу из головы Эсмеральду.

- Надо одному мудаку рожу набить, - произносит мой старый друг.

Примерно так я думал, почему-то.

- Это я всегда с удовольствием.

Если честно, вообще не помню, когда дрался по-настоящему, не на ринге. Как-то повода не было в последние… лет семь, наверное.

Последняя драка была здесь, на родине. Когда мы с пацанами замахались с какими-то отбитыми гопниками. Мы им наваляли, естественно.

И сейчас, вспоминая об этом, я чувствую прилив адреналина в крови.

Драка - это круто.

- Чё, повеселее, стало? - скалится Ваня.

- Так заметно? - ухмыляюсь я.

И мы с ним выходим с заправки.

- Бить буду я, - говорит Ваня. - Один на один.

- Понял."

"Уже не так интересно. Но ладно. Ваньке виднее, как все должно быть. Это его война.

- А ты это.… останови меня, если что, - продолжает он.

- Если что?

- Если я его совсем убивать начну.

- Понял.

Остановлю, чего не остановить-то.