Две хозяйки одного замка

Учительница честно предупредила, что как только обучение крестьян станет массовым, она тут же вернется в монастырь.

— Я очень ценю ее сиятельство графиню Арельс и это место, однако рисковать своим будущим не стану.

— Но ведь вы просто делаете свою работу, эйса. И нет большой разницы, учить детей аристократов или крестьян.

Кэрин невесело улыбнулась.

— Может быть. Но знаете, если несколько графских семей соберут своих наследников вместе и наймут им одного учителя, Церковь воспримет это как угрозу своему благосостоянию.

Возможно, с аристократами она тягаться и не станет. Но на учителе отыграется сполна. В назидание другим. На обучение сирот, которых взяла под опеку графиня, монастырь еще закроет глаза. На школу для крестьян — нет. Когда образование доступно многим, оно сильно теряет в цене.

Лайон кивнул, признавая ее правоту.

— Думаю, нет никакой необходимости обучать всех крестьян. Тем более в прошлом году, они воспринимали школу, как дополнительную повинность, а не как благо.

Кэрин внимательно посмотрела на собеседника.

И ей внезапно подумалось, что граф Бартон выглядит уставшим. Раньше у него не было этой складки между бровей. И взгляд был более открытым и ясным.

А так ли все хорошо в Арельсхолме? Или произошло что-то, о чем граф вынужден молчать?

Но спросить об этом — значит подвергнуть сомнению его прошлые слова.

И она снова себе напомнила, что у нее нет никакого права вмешиваться в чужие дела. Единственное, что стоит сделать — дать небольшой совет. Не ради Лайона, а ради его добрых отношений с сестрой.

— Ваше сиятельство. Очень прошу, прежде чем принимать окончательное решение, обсудите его, с ее сиятельством, графиней Арельс. Вопрос, конечно, серьезный. Но не действуйте за ее спиной.

* * *Замок графа Бартона.

Все следующее утро Алесия прокручивала в голове разговор с падчерицей. А точнее ту его часть, которая была посвящена загадочному Моресу. Если верить Лианне, воспитанник Ормса был совершенством из совершенств. И красивый, и умный, и добрый, и… снова красивый.

Вообще, «красивый» — повторилось минимум четыре раза. Но любила девочка не за внешность, конечно же нет. И не за большие выразительные глаза. И не за глубокий голос, похожий на горячий мед. И не за загадочную улыбку.

А просто потому, что Морес замечательный. И очень порядочный. А еще — несчастный, потому что ему приходится каждый день лицезреть Джера. Последнее — особенно умилило. Но Алес и это выслушала с серьезным лицом.