Сопротивляйся мне

Работал снайпер, вместо того, чтобы прятаться, она в меня вцепилась. Я всегда считал, что у нее потрясающе работает инстинкт самосохранения. Но, видимо, не всегда. Бывает, что сбоит. — Отец, Анжелика жива? — мой голос звучит твердо, внутри же все отмирает. Разваливается. И злость — густая, подавляющая. Новый водоворот, который на дно тянет.

Он молчит.

— Отец?

— Мы не знаем, где она, — говорит он. — Ищем.

— Что?! В каком плане не знаете? — я порываюсь встать, но перед глазами в момент темнеет, я проваливаюсь в ночь, чувствуя, как душу разрывает на части.

Пахнет больницей. Я открываю глаза и смотрю по сторонам. Никого нет, я один в палате. Следом на меня обрушивается реальность. Та, в которой в меня стреляли дважды. И в которой я потерял ее.

Анжелика.

Пульс частит. Я пытаюсь встать, но не получается. Пытаюсь сжать кулаки — не выходит. Мне нужно найти Анжелику.

Я смотрю на сотовый, который лежит на тумбочке у кровати. Дотянуться бы до него. Начнем с этого. Голова работает медленно, словно в тумане.

Отец приезжает вечером. Врач приводит его в мою палату. Я смотрю на него по возможности внимательно. Мне намного лучше, чем было вчера. Я отоспался за эти двое суток так, что на десять лет хватит.

— Игорь Михайлович приходил? — спрашивает отец.

Это следователь.

— Сам знаешь, что приходил. И не только он. Папа, что с Анжеликой? В смысле она пропала? Это как вообще понимать?

Он протягивает мне записку. Пальцы пока слушаются плохо, грудь и шея перебинтованы. Капельницы опять же мешают.

«Владимир!

Я надеюсь, что ты скоро пойдешь на поправку.

Меня не ищи. Я так и не смогла полюбить тебя и простить за всё, что ты сделал.

Много раз я мысленно желала тебе смерти, но сейчас действительно хочу, чтобы ты остался жив и нашел свое счастье.

Ты всегда знал, что я люблю другого. Тебя это не смущало. Когда ты попал в больницу, я поняла, что это мой шанс на побег. Возможно, единственный. Надеюсь, человека, который в тебя стрелял, найдут и накажут.

Прощай.

Анжелика».

— Это херня, — отшвыриваю бумагу.

— Почерк ее?

— Это ничего не значит. Сколько прошло дней?

— Два.

— Два дня прошло, а вы ее так и не нашли?! — рявкаю я.

— Тарас Орлов был в городе десять дней. Вероятно, они виделись в это время. Планировали.

— Чушь.

— Ищем доказательства. Возможно, найдем. Как ты считаешь, он мог приезжать к ней раньше? Они могли встречаться за твоей спиной? Теоретически.