Душа на осколки

Если в этом доме все действительно по-старому, Ринар должен быть в своем кабинете, а ей необходимо убедиться, что с ним все хорошо.

* * *На площади собиралось все больше людей. Им давно нужен был повод. Всего лишь повод, чтоб начать действовать. И они его получили. Пусть поводом был бред полусумасшедшей бродяжки, сейчас это уже не так-то важно. Пора менять короля. Он не устраивал никого в Приграничье. Его наместник же не устраивал уже тем, что он назначен нежеланным королем. Да, он пытался что-то сделать, но этого было недостаточно.

А теперь, когда оказалось, что кальми при дворе — его рук дело, терпение мятежников лопнуло. Обезумевшей толпе легко обезоружить местную стражу, особенно тогда, когда большая ее часть давно разослана по другим приграничным городам. Легко связать служителя храма, а потом звонить в колокола, призывая выйти на улицы, легко заставить старого уже префекта помалкивать.

Факелы зажжены, толпа направилась в сторону имения.

* * *"

"— В который раз все переигрывается? — Ринар давно встал, обошел стол, вложил руки в карманы, пытаясь спокойно слушать и реагировать на сказанное Аргамоном.

Настолько спокойно, насколько это возможно. Настолько спокойно, насколько можно реагировать на вещи, не способные уложиться в голове.

— Это действительно так важно? Не впервые.

— И что?.. Что мы делаем не так? Почему?

— Все равно в следующий раз ты не вспомнишь, потому могу сказать. Ты — упрямейший из ослов, Ринар. Глупейший из глупцов. И самый слепой среди слепых. Тебе просто нужно было разглядеть немного раньше то, что видели все вокруг, кроме тебя.

— То есть, я не успел? Мы уже проиграли?

— Почему? Нет. Вы не проиграли, пока живи, пока вместе. Вы даже можете выиграть. Открою тайну, сейчас вы очень близки к тому, чтобы выиграть. Но это не твоя заслуга. Это заслуга моей девочки. Моей милой Души. Она приняла тебя. Она простила. Она приняла свою любовь. А тебя нужно было шпынять долгих восемь лет, чтоб до тебя наконец-то хоть что-то дошло! Ваши методы варварски, милорд. Не люби наша Альма вас так сильно, никогда бы не позволил подойти к ней ближе, чем на расстояние пушечного выстрела.

Вы недостойны ее любви. Вы недостойны ее жертв.

— Думаешь, не знаю?

— Думаю, никогда не устану вам об этом напоминать. А вы никогда не сможете об этом забыть. И меня подобное положение вещей безмерно тешит.

— И то, что ты показал…

— Я не имел права это делать. За это понесу наказание. Но это истинная правда. Это ждет вас в нынешней игре, если выиграете.