Дружба народов (СИ)

— Ну и ладно! — мэр благодушно махнул рукой.

Где-то я продешевил…

— Так, следователь…. А тебя как зовут-то? — мэр уставился на нового госслужащего, который ещё пытался переварить неожиданный поворот судьбы. И просчитать, чем ему грозит этот карьерный рост.

— Ва… Вася! — неуверенно ответил тот.

— Так, Вавася! Слушай сюда!..

— Не Вавася! Я просто Вася. Или, на худой конец, Василий! — обиделся следователь.

— Вавася ты! — нахмурился Кукушкин. — У меня тут Васей и Василиев знаешь сколько?! А Вавася у меня будет только один! Тебе не нравится, что ли?

— Ну ладно.

— Будет! И бесплатные обеды будут! И в группу тебя возьмём! Или сделаем группу под тебя… — закидал его перспективами Кукушкин. — И даже следственное отделение сделаем… Из листьев и палок, с небольшим добавлением го… То есть, связующего раствора! А теперь пошли в мэрию и начинай работать!

Дневник Листова И. А.

Сто пятьдесят второй день. Бегущий от дел

— Странно это всё! — заметил Пилигрим, когда мы, наконец, сбежали обратно в свой лагерь.

— Тоже заметил? — кивнул я. — Вот и мне кажется, что странно… Даже для обычного Кукушкина — это как-то неестественно… Как будто всё человеческое его покинуло, а внутри поселился ещё один Кукушкин, версия два-ноль.

— Может, реакция на стресс… Ладно, что теперь будем делать? — поинтересовался Грим. — Сидеть в лагере?

— Я бы посидел, — признался я. — Несколько деньков. А то чего-то задолбался бегать по горам…

— Ты и в прошлый раз так говорил, — усмехнулся Пилигрим.

— На что это ты намекаешь? — сурово и с подозрением я уставился на соратника.

— Я намекаю на то, что не усидишь ты. Или тебе не дадут, Вано! — ответил Пилигрим. — Не можешь ты долго на одном месте сидеть. Физически не способен! День, может, два поделаешь свои топоры и намылишься в новый поход. Разве не так?

Я замолчал, потому что ответить было нечего. Всё так. Приду, проверю финансовые отчёты, а потом отправлюсь навстречу приключениям.

— Вано! — один из стражников на стене замахал мне рукой. — Вано!

— Пошли посмотрим, чего это они там… — проговорил я.

Вместе с Пилигримом мы устремились к площадке. Поднявшись туда, я посмотрел на стражника, а тот показал рукой на равнину.