Друг сына

На двух стульях не усидеть, и надо что-то решать, а я… Плыву по течению, надеясь, что все само собой рассосется.

И ведь прекрасно знаю, что ничего не рассасывается!

И все те несколько раз, когда я вот так покорно плыла по течению, меня вывозило совсем не туда, куда хотелось!

В первый раз – с беременностью. Не рассосалось ничего, надо же! Хотя я трусливо несколько месяцев не хотела замечать очевидных факторов. Пока поздно не стало. Конечно, я бы в любом случае ребенка оставила, никаких других вариантов не возникало даже, но голову я тогда прятала в песок знатно.

Потом, когда муж, вместо помощи и поддержки, стал все чаще задерживаться на подработках, а, приходя домой, осваивать дополнительную профессию танкиста, вообще не обращая внимания ни на меня, ни на годовалого сына, я тоже долго не могла признать, что все.

Что дальше будет только хуже. И надо что-то делать…

Да и замотанная же была до предела, вообще мало что замечала, кроме Димасика и кровати.

А потом тоже стало поздно…

Валерка решил, что семейная жизнь – это не его, что он еще слишком молод и горяч, чтоб погрязнуть в пеленках и бытовухе, а танчики сами себя не сыграют…

Пробуждение было болезненным…

И вот теперь…

Снова голову в песок?

Снова жду, когда оно как-нибудь разрешится? На те же грабли, Мира?

А место-то у тебя на лбу есть, для еще одного удара?

Но, боже, как страшно что-то решать! Я же понимаю, что это будет больно! В любом случае, больно!

И все равно не могу ничего сделать!

Матвей – как танк, прет, не видя путей и направлений, только цель.

И я устала с ним, таким, бороться.

Надеюсь, его родители будут адекватнее моих первых родственничков.

Надеюсь, что, если они будут менее адекватными, то у меня хватит сил себя отстоять. В конце концов, мне не восемнадцать уже, я – взрослая, состоявшаяся личность…

Боже, чего ж так страшно-то?

Глава 32

– Малыш, – Матвей, наконец-то, замечает мой вообще не слегка, а очень даже безумный взгляд, кладет свою большую жесткую ладонь на мое колено, – ты чего? Не парься, они хорошие.

Ну да, ну да…

Для него они, конечно, хорошие…

А вот я для них сто процентов буду жуткой захватчицей, дрянью, теткой, приворожившей их золотого мальчика не пойми чем. Верней, пойми чем, и от этого еще хуже.