Дрянная помощница для мастера

– А твоя мама всегда такая приветливая?

– Она вполне обычная, но тебе старается понравиться, поэтому вела бы себя так, как бы ты ни выглядела и что бы ни говорила, но все равно я вижу, что ты ей и правда понравилась. Папу покорила сразу тем, что была в восторге от Аякса. Он очень любит собаку, лично его дрессировал, сам с ним гуляет и невероятно балует.

– Разве можно не быть в восторге от этой собаки? А почему твоя мама старается?

Марк хмыкнул.

– Думаю, она уже не надеялась, что я когда-нибудь приведу в дом девушку для знакомства.

– Почему? – фыркнула. – Не может же твоя мама думать, что ты э… по парням.

– Нет, конечно. Но когда-то я по молодости пообещал ей в пылу спора, что никогда не заведу семью. Она знает, что если я что-то обещаю, то всегда выполняю.

– Непонятно. А что такого плохого в том, чтобы обзавестись семьей?

– Давай, я дома расскажу.

– Это ждать тогда до завтра.

Марк взглянул на меня как-то странно, но ничего не сказал. Шеф ведь меня к себе домой отвезет после вечера, верно? Тягучую паузу нарушил радостный возглас Арины о том, что приехал Богдан.

Богдан появился под ручку с высокой шикарной блондинкой модельной внешности. Да, она прекрасна. Никаких изъянов. Большие голубые глаза, красивое лицо, загорелая, стильная, стройная, ни капли не пошлая, никаких раздутых губ и прочих новомодных штук. Белозубая широкая улыбка. Идеальна. Брат Марка, зайдя в холл, тепло здоровается с родителями, медленно обводит глазами помещение, и… его взгляд останавливается на мне.

– Пойдем поздороваемся, – предлагает мне Марк и ведет навстречу брату.

Подошли, ага. Шеф приветливо здоровается, расспрашивает Юлю, жену брата, как та отдохнула в Италии, завязывается светский разговор, родители тоже что-то комментируют, а мне жутко неловко, потому что Богдан, никого не стесняясь, продолжает на меня пялиться и разглядывать. Я уже вижу, как это замечает Арина Егоровна, и наверняка скоро заметят все.

Ситуацию спас Аякс, он ворвался в холл со двора. Одарил своим вниманием сначала Богдана, сразу переключившегося на собаку, а затем и Юлю.

– Фу, фу, отойди! Бодик, убери его от меня. Я же просила загонять собаку в вольер, когда мы приезжаем! У меня аллергия! И платье дорогое, он его испортит. Слюни, шерсть, фу! Апчхи!

Юля звонко чихнула, в то время как Альберт Миронович отозвал Аякса к себе.