Драко-няня, или Целительница для Черного Дракона (СИ)

Но то, что отец может быть столь предан… Это стало для меня открытием.

«А за такое мое удивление стоит поблагодарить собственного папеньку», мысленно отметила я. И как бы я хотела, чтобы в этой молчаливой ремарке было больше яда и меньше горечи…

— Девочка моя, я уже начала волноваться!

Голос Фанндис застал меня врасплох. Она, оказывается, сидела в плетеном кресле-качалке и мы с Миттари едва не прошли мимо.

— Чудные дети, — моя нянюшка отложила в книгу на столик, — но очень печальные.

— Они больны столько, сколько себя помнят, — вздохнула Миттари.

— А чем ему обычные семьи с детьми не угодили? Простым горожанам не придут в голову такие глупости, — проворчала няня. — Впрочем, сейчас они играют с Финном.

— Нянюшка, среди тех, кто «загоняет» Хейддиса и как ты говоришь, «простых горожанок» предостаточно, — фыркнула я.

Сама я так конечно не считала и сказку считала глупой, но… В детстве я засыпала и мысленно пересчитывала слои ткани на парадном платье Искорки.

— Ночная трапеза ждет нас, — шепнула Миттари, — без милорда все довольно скучно и грустно, но… Все вот-вот соберутся.

Ужин и правда прошел тихо, быстро и без особых разговоров.

Позже, уже в покоях, няня Фанндис принялась просить у меня прощения:

— Ума не приложу, отчего я попыталась отнять у тебя одежду.

Вздохнув, я тихо призналась:

— Она из рода телепатов. Отсеченная ветвь, но все же. Но это секрет, хорошо?

Но няня покачала головой:

— Это была моя идея. Она сама во мне появилась, не то чтобы меня вдруг по голове шарахнуло! А мягко, исподволь.

— Думаю, так и работает этот дар. Все-таки резкие, неожиданные мысли проще контролировать. А то, что как будто идет из глубин души… Это воспринимается своим, родным. А за свои идеи мы склонны сражаться.

Фанндис согласно кивнула, после чего мы разошлись по комнатам. Да, в моем крыле нашлись и гостевые спальни — их нянюшке показала служанка.

Утром, оставив браслеты Миттари, я направилась к уже полюбившейся мне башне.