Драгун, на Кавказ!

– Бегом, бегом все на выход! Сегодня опять их высокоблагородие на утреннем рапорте присутствует! Кто запоздает, тот всю ночь под дождём будет навытяжку стоять!"

"На плацу рядом с начальником депо сегодня находился и какой-то незнакомый офицер. После традиционного приветствия и доклада господин майор показал на него рукой:

– Представляю всем капитана Одинокова Петра Александровича, командира строевой маршевой роты из Уфимского мушкетёрского полка. С этого самого момента он является хозяином нашей третьей учебной роты, за исключением первого её взвода, который остается с нами.

Сто пятьдесят рекрутов сегодня же уходят с господином капитаном по реке к Астрахани. Таков приказ генерал-губернатора, а вам как истинным государевым слугам должно быть всё равно, где свой солдатский воинский долг исполнять. Так что служите там честно, ребята, не посрамите честь нашей губернии и Уфимского рекрутского депо, откуда вы вышли.

– Командуйте! – кивнул он своему заместителю.

– Первая, вторая рота убывают сейчас же на завтрак, а потом следуют на учебный полигон, – выкрикнул Кудинов.

 – Первый взвод третьей роты так же идёт вместе с ними завтракать, а потом у них продолжатся строевые занятия на плацу. Те взвода, которые убывают с господином капитаном, – кивнул он на стоящего рядом офицера, – остаются на месте, и он сам скажет им все то, что посчитает нужным.

Стих топот ног уходящих рекрутских подразделений, удалились с плаца и все офицеры рекрутского депо. Перед строем новобранцев стоял моложавый, высокого роста офицер, с резкими мужественными чертами лица.

– Ну что, братцы, не хотят вас здесь более кормить, чужие вы с сегодняшнего дня для этого депо? – обвёл он замершие перед ним шеренги весёлым, озорным взглядом. – Ничего, свою сухарную пайку прямо на речной пристани получите, а на вечерней стоянке и горячим вас от пуза накормим. Фамилия моя, как вам уже сказали, Одиноков, звать Пётром Александровичем, чин капитанский, буду над вами начальствовать на всём протяжении нашего пути к Астрахани.

Есть и ещё три обер-офицера в моей роте, позже я вас с ними познакомлю. Каждому отделению и взводу выделим для командования бывалых солдат и унтер-офицеров, кому вы и будете непосредственно подчиняться. Путь наш неблизкий, и требование у меня ко всем будет одно – это вести себя беспорочно, блюсти воинскую дисциплину и исполнять все приказания командиров с рвением. Коли именно так всё и будет, то и я вас обижать не буду, обещаю.