Доверься

"

"– Как же я одна-то летела бы?

– Теперь лучше?

Начинает раздражать эта душещипательная сцена. И еще я почему-то ревную. Паше нет никакого дела до Оливии. Ей совершенно незачем переживать так уж сильно!

– Ребята, давайте остынем. – Выхожу в центр комнаты. Напряжение достигает максимума. Не так я планировала провести день. Не ожидала, что Оливия отнесется настолько остро! – Мы все люди взрослые, и никто из нас не станет осуждать юную девушку за то, что она когда-то давно испугалась и наврала. Что было, то прошло.

– Наврала? – переспрашивает Оливия.

– Да, Олив, ты ведь солгала тогда насчет Паши. Все знают, что он ни при чем был.

– Я не лгала, – говорит сестра. – Ты мне так и не поверила?

– Олив, ты разве не понимаешь, что подобными обвинениями можешь жизнь человеку испортить? В то время ты была другой, я все понимаю. И ты не обязана отвечать за свои поступки в юности. Просто признайся сейчас, что Павел ни при чем. И мы перелистнем эту страницу.

– Диана, – одергивает отец.

Мое сердце колотится как обезумевшее.

– Я… общалась с Павлом. И думаю, что между ним и Оливией ничего никогда не было. Сестра его… – Развожу руками. Тут хоть подбирай слова, хоть нет, ответ очевиден. Заканчиваю фразу честно: – Оклеветала.

– Я?! – вспыхивает Оливия. – Я – оклеветала?!

– Почему тогда ты не согласилась на тест ДНК? Гордость, понимаю. Пока теста не было, все сказанное – по воде вилами писано.

– Диана, дочка. – Папа кладет руку на мое плечо.

– Это неправда, – чеканю я слова. – Мы… общались в одной компании. Павел не такой, как принято считать у нас в семье.

Он бы не стал мне лгать.

– Увы, это правда, дочка, – произносит отец. – Они поступили как трусы. Я таких на дух не переношу. А еще думаю, что, уходя, нужно уходить. Уехали из города – нечего соваться сюда. Все эти годы мы ждали извинений и не получили их.

– Насколько я знаю, они как раз настаивали на ДНК, – спорю я, но чуть менее уверенно.

– Милая, ты была совсем ребенком и не помнишь того скандала! – встревает мама. – Отец ходил к ним несколько раз. Они даже разговаривать не хотели. Вели себя так, будто мы недостойны! Очень неприятные люди. Хотя с виду хорошая семья.

Мама садится рядом с Оливией и начинает ее утешать.

Папа наливает воды и пьет. Я стою посреди кухни, зябко обняв себя руками.