Доверься

Я не сдерживаю громкого смешка.

– Ну окей, сам напросился.

Адомайтис снова кивает, не тушуясь.

А я… Боже, папочка! Фамилия Адомайтис так долго была ругательной в нашем доме.

С другой стороны, Паша прав: я действительно познакомилась с его бабушкой. И постоянно требую от него заверения и доказательств серьезности намерений. А сама… лишь отказываю. Ограничиваю. Указываю на место.

Пора. Наверное… Но как же страшно!

– Только подготовлю его. Хорошо?

– Валяй. Я тут. – Паша скрещивает руки на груди. – Никуда не спешу.

Я передразниваю его. Смахиваю пальцем по экрану. На экране лицо отца.

– Не отвлекаю, дочка? – бодро говорит он.

– Немного. Все в порядке. Как дела, пап? Что-то случилось?

– Случилось, Диана! – Отец широко улыбается. – Мы весь вечер до тебя дозвониться не можем. Смотри, кто к нам приехал!

Папа меняет ракурс, и на экране появляется знакомое лицо. Поначалу не понимаю, в чем срочность-то, ведь тетю в последние годы только так и вижу – на экране телефона.

– Диана, привет! – кричит папина сестра. – Мы наконец-то приехали!

– Дианочка! – звучит голос Оливии. – Сюрприз, дорогая!

Я моргаю, и на экране рядом с тетей как по волшебству появляется лицо Оливии. Позади звучит голос ее сына, Антона.

– Привет, тетя Оливка! И Антон там?! – ахаю я. – А как?! Вы же в июле собирались!

– Пришлось поменять билеты, потом расскажем.

Я перевожу взгляд на Пашу. Его лицо мрачнеет.

Вновь смотрю на Оливию, которая сжимает ладони и кричит:

– Боже, как я по тебе соскучилась, сестренка! Как же мне тебя обнять хочется!

Глава 39

Семья – это фундамент. Не так ли?

Надежный, крепкий, необходимый. Не представляю, как жить, если под ногами нет каменного оплота. Как любить, рисковать, развиваться, если не на что опереться?! С раннего детства я знала, что семья за меня горой, что бы я ни натворила, как бы ни оступилась.

Осмелюсь ли повторить тот трюк?

Да, еще как. Они любят меня. А я люблю их. Но теперь я люблю еще и Пашу.

Мама хлопочет на кухне.