Любимая учительница

А то, что смотрит, ну так и пусть. От меня не убудет.

— А кто этот очень большой мальчик? — долетел до меня вопрос Маргариты Васильевны, — вон там, у дверей дома, смотрит на нас?

— О, это Давочка, племянник моего Аслана. Очень хороший мальчик, чемпион. — похвасталась хозяйка дома. — Давид, иди к нам!

Ох, ё ты моё! Вот зачем звать его? Я откинулась на спинку сиденья, стараясь, чтоб лицо попало в тень. Может, обойдется?

Не обошлось.

Хозяйка, улыбаясь, познакомила нас с Давидом, а затем предложила:

— Может, ты покажешь Танечке сад? Знаете, — повернулась она к Маргарите Васильевне, нам сад делал специалист из Англии.

Я поняла, что отпираться сейчас и говорить, что очень мне даже интересно посидеть с ними на качелях, глупо, поэтому встала, опираясь на галантно предложенную Давидом руку.

Горячую такую, крепкую и сухую.

Как там поговорка звучит, про доверие и горячие мужские руки? Если исходить из нее, то Давиду можно было доверять абсолютно.

Он пропустил меня вперед, жестом указывая направление, а я молча пошла, спиной ощущая напряженный жгучий взгляд. Ужасно неудобно, ужасно.

Едва мы зашли за угол дома и скрылись из вида, как я обернулась, едва не утыкаясь в грудь Давида, не ожидавшего от меня резкого движения и не остановившегося сразу.

— Давид, — я подняла подбородок, посмотрела в малоэмоциональное лицо с очень эмоциональными глазами, — я думаю, что не стоит мне вас утруждать, я сама прогуляюсь…

— Мне несложно, — пробасил он, подхватил меня под локоть, разворачивая в сторону сада.

"Ну ладно! Я хотела по-хорошему!

— Давид, я думаю, что это неудобно. Да и не очень мне хочется куда-то идти. Спасибо, я вернусь, пожалуй.

— Боитесь меня?

Я, уже наладившаяся обойти его, затормозила.

— Нисколько!

Даже смешно, как он мог такое подумать…

— Тогда почему не хотите со мной прогуляться?

Я постояла, подумала и пошла в направлении сада.

В самом деле, что за глупость.

Прогуляюсь как раз, воздухом подышу.

Сад в самом деле оказался роскошным. Зеленые лужайки, строгие линиии, ажурные арки, увитые цветами. Я не сдерживала восторженных вздохов. Давид следовал за мной молчаливо, лишь иногда давал краткие пояснения.