Дорогой ложных чувств

По венам струилась не кровь, а жидкий огонь, выжигающий внутренности. Кости, казалось, выворачивало наизнанку. В голове стоял шум. Перед глазами — кровавая пелена. Девушка с трудом передвигала ноги, но с завидным упрямством шла вперед.

Она не могла с точностью сказать, сколько времени прошло с той роковой минуты, как она сиганула из окна. Ни родители, ни брат не последовали за ней, благоразумно решив, что она далеко не убежит. Побегает, перебесится и вернется домой.

Кристина смогла их удивить.

Она бежала долго. Слишком долго.

Когда же «включила» разум, то, оказалось, что она заблудилось. Как такое могло случиться с ней — она понятия не имела. И теперь, помимо физической усталости и нестерпимого зуда между ног, в её голове красным предупреждающим сигналом бился страх. Она была слишком неопытна, чтобы вернуться самостоятельно домой по своим следам. Поэтому ей как никогда сейчас требовался кто-то, способный оказать помощь и хотя бы одолжить телефон.

А там… Там она уже согласится на кого угодно в качестве временного партнера.

Потом Кристина себя не раз спросит, почему она, шестнадцатилетняя девушка не подготовилась самостоятельно к первой течке? Не договорилась с кем-то, чтобы как можно безболезненнее пережить сумасшедшие первые дни. Чтобы кто-то, кто ей нравился, и кому она могла доверить свое тело, помог ей.

Но кого бы Кристина не представляла из знакомых парней, никто не вызывал у неё желания позволить себя коснуться.

Подростковый максимализм сыграл с ней злую шутку.

Кристина совсем потерялась во времени и пространстве. Каждый шаг давался с трудом. Девушка то и дело прикасалась к промежности, шипя и кусая до крови губы.

Больно…

Больно!

Черт побери, ТАМ было адски больно!

И горячо!

Поэтому, когда девушка услышала шум приближающего двигателя, то несказанно обрадовалась.

Вот и всё. Она спасена.

Сейчас она сядет в теплый салон, где добрый дядечка с такой же доброй тетечкой дадут ей телефон и напоят вкусным чаем. Ведь для дальних поездок всегда заваривают термосок с чаем, правда?

Глазами с полопавшимися капиллярами, Кристина, как в тумане, посмотрела на свои руки. Ободранные о ветви деревьев.