Дорога

* * *Незадолго до суда Романовым опять позвонил следователь. Трубку снял Родислав.

– Родислав Евгеньевич, со мной тут связались из суда, они не могут разыскать Татьяну Федоровну Кемарскую, чтобы вручить ей повестку. Она должна на суде давать свидетельские показания. Не подскажете, как ее найти?

– Так она на даче вместе с внучкой. Ее в Москве нет.

– А где дача, вы знаете?

– Она адрес оставила. Сейчас я у жены спрошу, у нее записано.

Родислав попросил Любу найти адрес соседской дачи и продиктовал его следователю.

– Далековато, – вздохнул тот. – Некому будет повестку отвезти.

– Давайте я отвезу, – вызвался Родислав. – И Татьяну Федоровну на суд привезу, вы не беспокойтесь.

– Вот спасибо вам! – обрадовался следователь. – Так я передам секретарю суда, чтобы повесточку прямо вам доставили, лады?

– Договорились.

На следующий день Романовы получили повестку для гражданки Кемарской, и Родислав поехал за город, чтобы предупредить Татьяну Федоровну о приближающемся суде и необходимости в скором времени прибыть в Москву.

– Как я поеду? – наконец произнесла она. – Мне ребенка не с кем оставить. И на суд ее брать не хочется, незачем ей про родного отца такие ужасти слушать.

– Если хотите, мы Ларису заберем и отвезем на несколько дней к нам на дачу, там наши дети и моя мама. А после суда, когда все закончится, привезем сюда.

– Хорошо бы… Нет, не поеду я на суд. У меня совсем сил нет, все слезы выплакала, сердце болит постоянно, а тут до электрички добираться пять километров пешком да еще на электричке два часа трястись. Нет, не сумею.

– Я вас отвезу, – тут же ответил Родислав. – Приеду накануне, заберу вас с Ларисой, отвезем сначала ее к нам на дачу, а потом вас домой доставим.

– Тогда ладно, – согласилась пожилая женщина.

Так и поступили. За день до суда Родислав забрал бабушку и внучку, заехал на дачу, где отдыхали Коля и Леля с Кларой Степановной, оставил там Ларису и привез Татьяну Федоровну домой.

– Пойдемте к нам ужинать, – пригласил ее Родислав, выполняя наказ Любы, которая еще с утра подумала о том, что женщина вернется в пустой дом, где даже хлеба нет. – Жена нас ждет.