Дорога

 – Да кому нужна эта аскарида противная? Какая уважающая себя ужиха будет связываться с этой вонючей канализационной трубой? Я тебя умоляю! Небось он за ней увивается изо всех старческих сил, а она от него нос воротит, вот и весь роман.

– Не будь злым, – примирительно произнес Камень. – Оставь Змея в покое. Что тебе до него? Жив-здоров – и хорошо.

– Оставить в покое?! – взвился Ворон. – Ты уже забыл, как этот глист-переросток…

– Кончай разборки, братаны, – перебил его Ветер. – Лучше про Аэллу мне расскажите.

– Чего тут рассказывать? – недовольно проворчал Ворон.

– Так ты что, ничего не узнал? – возмутился Ветер. – Меня вон сколько времени не было, и ты за это время ничегошеньки про мою чудесную Аэллочку не выяснил?

– А я тебе не нанимался про Аэллу сериал смотреть! – отпарировал Ворон. – У нас с Камнем другие герои, а Аэлла только случайно попадается. Хочешь смотреть про Аэллу – иди вон к своему дорогому Змею, к этому недобитому выползку, кланяйся ему в ножки, может, он по доброте душевной тебе пособит.

– Вообще-то Ветер прав, – вмешался Камень. – Забросили мы Аэллу совсем. Она у нас, конечно, не главная, но все-таки определенную роль в жизни Романовых играет. Пора ее навестить. Ты слетай, поищи там, что поинтересней.

– А ты не командуй, – обиделся Ворон. – Я сам знаю, чего и где мне смотреть. Полечу я от вас, злые вы.

Он гордо расправил крылья и плавно взмыл в воздух.

– Чего это он? – недоуменно спросил Ветер, глядя вслед удаляющемуся Ворону. – Сердитый какой-то сегодня. Какая вожжа ему под хвост попала?

– Эта вожжа называется Змеем, – с усмешкой объяснил Камень. – Наш Ворон его так ненавидит, что даже одно только упоминание о Змее приводит его в ярость. Ты, дружок, испортил ему настроение надолго.

– Так я же не нарочно, – принялся оправдываться Ветер. – Я же не знал, что у них так все серьезно. Я думал…

– Да ладно, чего там.

– И то правда, – обрадовался Ветер. – Я повыше заберусь, ладно?

– Холодно там, – предупредил Камень. – Смотри не простудись.

– Зато там много разных ветров пролетает, может, кто что оставит мне на бедность да на пропитание, – задорно рассмеялся Ветер. – Глядишь, силенок-то и поднаберусь.