Дорога

– Да очень просто! Не заботиться о них, не давать денег, не помогать, не пускать к себе в гости, пусть живут сами как хотят.

– А как же чувство вины?

– Ну что ж, оно никуда не денется, будет их грызть. Тоже неприятно, конечно, не спорю, но ведь реальный же выход. Да, с совестью нелады получаются, но я и не обещал легких путей. Есть еще один вариант: забить вообще на все, в том числе и на чувство вины. Сказать себе: сидит Гена – вот и пусть сидит, следствию виднее, раз посадили, значит, он и убил, а тот мужик на лестнице вовсе даже ни при чем.

– Выход, – не мог не согласиться Камень. – Но какой-то уж больно корявый. Бессовестный какой-то.

– Ох, а можно подумать, будто то, что они сейчас вытворяют, очень совестливое! – зашипел Змей. – Ради спасения собственной карьеры позволить засадить человека за решетку и потом стыдливо опекать его семью, прикидываясь бескорыстными добросердечными соседями, – очень красиво. Да еще детей своих в это втянуть, навесить на них собственные проблемы.

– Да ты с ума сошел! – возмущенно воскликнул Камень.

"– А я тебе нравственных выходов и не предлагал, я только говорил, что их много. Вот еще тебе для примера один выход: надо было с самого начала оказывать помощь анонимно. Посылать деньги по почте, пусть бы бабка с девочкой ни в чем себе не отказывали, но с семьей Романовых это никак не связывали, тогда и детям не пришлось бы втягиваться в эти отношения. А?

– А вот это грамотно, – одобрительно сказал Камень. – Так и надо было сделать.

– Ну, во-первых, не догадались. Им и в голову не приходило, что все может так обернуться, и насчет собственных детей они в тот момент не подумали, а потом уж поздно стало. А во-вторых, помощь же не только в деньгах заключается, но и в моральной поддержке, в душевной теплоте. Не зря же бабка Кемарская сказала, что Лариса в семье Романовых душой оттаивает. Это ведь правда. Она к Романовым тянется, ей у них хорошо.