Дом у воды

Только как поверить после презрения и предательства? Как убедиться, что любят именно тебя, а не твои деньги и громкое имя? Да никак! Все равно в глубине души останется сгусток недоверия и обиды. От гнусных оскорблений и подозрений. Ага, чуть не обокрала бедного Сенечку, — усмехнулась она и, наблюдая, как к самолету подъезжает трап, подумала, что забрала у Гаранина более дорогое, чем все деньги мира.

— Ребенок! Вот истинная ценность. А вы, Арсений Юрьевич, сверните в трубочку всю наличность и засуньте недалеко от места ранения.

 — Света вгляделась в голубое небо, отыскала там одинокое облачко и мысленно попрощалась: — Гуд бай, Джин! Сиди в своей чащобе и не вспоминай о нас! — Она тяжело вздохнула, пытаясь справиться со слезами, и сама себя упрекнула: — Ну кому ты врешь, милая? Ты же хочешь, чтобы он нашел тебя, прискакал на белом коне с цветами в зубах. Чтобы любовь как в сказке… Любовь, — мысленно отмахнулась Света. — Придется вырвать с корнем этот нежный цветок…»

— Ну что сидишь, спиногрыз? — пророкотал над ухом крестный.

 — Давай на выход. А ты, малышня, иди сюда, — улыбнулся он Олеське.

— Я ее на руки возьму, — пробубнил Бессараб, продвигаясь к выходу.

«Все-таки мы как цыгане, — про себя улыбнулась Света. — Торбы, дети, вопли… Табор уходит в небо! Никакого воспитания и внутренней культуры», — про себя заметила она голосом бабушки Раисы Петровны. А когда вышла из гейта в зал прилета, сама заверещала от восторга. Прямо около распашных ворот стояли мама и Эжен и счастливо улыбались.

Света кинулась к сыну, обняла, прижала к себе.

— Сыночек мой дорогой, — только и смогла выговорить. Эжен повис у нее на шее и, как маленький, всхлипнул.

— Ну, Женька, — провел по вихрастой голове Пахомов. — Вернулась твоя маман.

Светка, не стыдясь слез, чмокнула сына в щеку и бросилась к матери.

— Мамочка, — пролепетала точно так же, как Эжен. — Мамочка!

А потом кинулась знакомить с Олеськой, так и замершей на руках у Ивана Григорьевича.

— Здравствуй, Иван, — радостно кивнула Лиля, а затем взяв девочку за руку, затормошила легонько. — Меня зовут Лиля, — первой представилась она. — Я Светина мама, а ты Олеська?

Девочка настороженно кивнула.

— А ты знаешь, что похожа на олененка? — ласково осведомилась Лиля.

— На Бэмби? — прошептала Олеська и, смущенно улыбаясь, сообщила:- А там в сумке Жорик и Тимка. Мои игрушки. Света разрешила их взять. Они болеют, а мы их лечим.