Договор на сто дней

– Кстати, а как ты узнал о наших долгах? Тебе Кэти рассказала?

Было немного досадно, что подруга разболтала мой секрет, я ведь просила ее никому об этом не говорить.

Рука Лукаса вдруг замерла. Он долго молчал, и я приподнялась на локте, заглядывая ему в глаза.

– Лукас?

– Нет.

– Тогда как? – недоумевала я."

"– Я…прочитал в твоем телефоне, – ответил он наконец. Я хмуро уставилась на него, не понимая, что он имел в виду, и Лукас пояснил: – В тот день, когда ты разбила мой телефон, ты дала мне свой, помнишь? Так вот…ты не вышла из своего аккаунта в «Фейсбуке»[4].

Мое лицо в мгновение вытянулось, когда я осознала сказанные им слова. Сердце пропустило удар.

– Ты прочитал мою переписку?! – с опаской спросила я, резко приподнимаясь и ошарашенно глядя на Лукаса.

– Всего несколько сообщений, – соврал он.

Но я-то знала, чтобы дойти до долгов моей семьи в переписке с лучшей школьной подругой, Лукасу пришлось бы прочитать практически все. Вдруг подумала, что он прочел про то, как я его ненавидела; как жаловалась на Картера; и как до этого писала, что я от него без ума.

– Как ты посмел?! – мгновенно разозлилась я, чувствуя себя невероятно уязвимой.

– Не сердись. Подумаешь, прочитал парочку сообщений.

Подумаешь…

– Какой же ты придурок! – я резко встала с кровати. Лукас даже нисколечко не раскаивался, совсем не чувствовал, что был неправ. – Ты ведь только о себе и думаешь! Без спроса вторгаешься в личное пространство людей просто потому, что тебе так захотелось!

Лукас поднялся следом и сел на кровати, недовольно глядя на меня:

– Господи, чего ты так завелась-то?

– Не могу поверить, что ты мог мне нравиться! – на эмоциях выпалила я, начиная подбирать свою одежду, и в быстром темпе одеваться.

Я натянула юбку и рубашку, пытаясь застегнуть ее резкими движениями. Была настолько зла, что хотелось сорвать к черту эти дурацкие маленькие пуговки.

– Не смей говорить так! Куда ты вообще собралась?!

– Ухожу! Видеть тебя не хочу!

Я смахнула растрепанные волосы с лица и накинула куртку. Лукас по-прежнему сидел на кровати, в ступоре глядя на меня.