Договор на сто дней

Я завела будильник на утро, ведь мне надо на работу, а затем выключила телефон, чтобы не тратить зарядку.

Минут через десять Лукас вышел из ванной комнаты в одних боксерах. Волосы его были мокрые, на теле поблескивали капельки воды. Я тут же смутилась, не ожидая, что он будет принимать душ и щеголять в одних трусах. Щеки зарделись, и я поспешила отвернуться, проклиная свою несообразительность. О чем я только думала, когда решила остаться с Лукасом в отеле на ночь?

Он прошел к кровати и улегся на нее, хрипя. Матрац тут же заскрипел.

– Все в порядке?"

"– Да, – я повернулась к нему, натянуто улыбаясь. Глаза то и дело опускались на его голый торс. – Сядь, я обработаю ссадину антисептиком.

Лукас приподнялся у изголовья кровати, слегка поморщившись. Я аккуратно присела на краешек, доставая из пакета лекарства.

– Прости, что так вышло, – сказала я, глядя на баночку в своих руках, нервно прокручивая ее из стороны в сторону.

– Я рад, что успел, – хрипло ответил Лукас.

Я подняла голову, замечая, что его обычно холодные глаза сейчас смягчились.

– Тебе не следовало одной ждать такси на улице, нужно было вернуться в бар.

– Я так и хотела, но внезапно появились эти парни.

– Хорошо, что водитель позвонил мне. Он спрашивал, иду я или нет, и я вышел искать тебя. Я переживал, вдруг ты села не в ту машину.

Лукас снова защитил меня, а я даже не знала, как его отблагодарить. Внезапно простое «спасибо» показалось мне недостаточным, но я все же его произнесла:

– Спасибо, Лукас.

Он коснулся моего лица подушечками пальцев. Я слегка вздрогнула, затаив дыхание. Лукас тут же убрал руку и криво усмехнулся.

– Просто пообещай, что больше не ударишь меня.

Я кивнула и смущенно улыбнулась в ответ, а затем открыла антисептик и обработала царапину на щеке и брови. Лукас поморщился шипя. Затем я намазала его гематому на ребрах.

Было непривычно дотрагиваться до него. Моя рука дрожала, я напряженно дышала, стараясь не выдать волнения. То, что Лукас сидел передо мной в одних боксерах, немного выбивало из колеи.

Закончив, я сходила нам за водой и чипсами из автомата. Лукас принял обезболивающее и лег отдыхать, а я немного застирала его одежду, ведь штаны и толстовка были в грязи. Мне не хотелось, чтобы он походил на бродягу.

Когда я вернулась из ванной комнаты, было уже около двенадцати.