Дочь врага

— А у меня для тебя новость, — жена вновь коснулась меня пальцами вызывая лишь неприязнь.

— Говори уже, — прикрыл веки понимая, что она не отстанет.

— А ты станешь папой, Тимур, — Ника подскочила на ноги, осторожно взяла мою ладонь, приложила к совершенно плоскому животу. Я даже не сразу понял, что она несет, пока не сопоставил этот жест с ее словами. — У нас будет малыш, — счастливо подтверждает. — Ну что ты молчишь? Ты не рад?

— В шоке. От кого ребенок? — выдал то, что первым возникло в голове.

— Что это значит?! Ты сдурел? Совсем со своей работой крыша поехала?! Тим, от кого у меня может быть ребенок?! — еще немного и жена перейдет на ультразвук.

— Заткнись!!! — я больше не могу это слушать. — Что ты наговорила Кристине? Что ты вообще несешь, дура?!  — в глазах потемнело, в груди сдавило. Приборы стали издавать какие-то нервные попискивания. — Принеси мне телефон, — прошу тяжело дыша.

— Я сейчас врача позову, — она обеспокоенно смотрит на приборы. — Прости, Тим, я… Я сейчас…

— Телефон! — ору ей в след, но вместо него в палату пришел мужик в белом халате. — Мне нужно позвонить, — задницей чувствую, что после таких новостей Крис ко мне больше не придет. А я не могу без нее. не могу без своих девочек. — Дайте мне чертов телефон! — срываюсь, откидывая руки врача в сторону. Но теперь вместо телефона пришла медсестра со шприцем и воткнула иглу мне в бедро.

— Ограничить посещение больного до стабилизации состояния, — услышал распоряжение погружаясь в темноту.

Сволочи. Мне всего лишь надо было услышать ее, узнать, что моя девочка не поверила в этот бред про беременность, но Крис поверила, поэтому ее здесь нет.

Открыл глаза. Дежавю. Рядом сидит отец, все так же пиликают приборы. Хотя бы ровно, а не как припадочные.

— Я приказал своим людям не пускать к тебе жену, пока ты окончательно не оправишься, — сказал папа. — Как тебя только угораздило жениться на этой истеричке? Вообще не твой типаж.

— Думал, смогу забыть Кристину. Мне тогда было все равно, кто будет в моей постели, лишь бы отличалась от огненной характерной брюнетки. Вроде даже привык. Жили же мы как-то под одной крышей. Полюбить вот только так и не смог. Потом она осмелела, стала выносить мозг, но я прятался на работе. Если не там, то на ринге и всем было нормально.

Отец дал мне мобильник, только вот ее теперь отключен.